Я возмущённо пыхтела. Ишь, умный какой...
— И какова, по-твоему правда, тогда?
— Ты просто решила, что у него не стоит, и он импотент.
— И что, это разве не одно и то же?
— Согласись, звучит очень по-разному.
— Слушай, давай ты не будешь придираться к формулировкам?
— С тебя желание.
— Не буду я исполнять твоё желание, это нечестно!
— Не бойся, оно лёгкое.
— ?..
— Сядь рядом.
— ...
Я недоверчиво молчала, не шевелясь. От него шли ко мне волны — насмешливая улыбка... Снова дразнит... И снова обещание свободы — «уйдёшь, если захочешь...»
Ладно. Так уж и быть.
Я поднялась с места и перебралась к нему на диван. Он сидел, широко раскинув руки по спинке. Я села не слишком близко, чтобы между нами было расстояние. Но места всё равно было мало, и наши крылья соприкасались. По моей спине побежали мурашки...
— Твоя очередь.
— Кто тебя заточил, и зачем?
Пауза.
— Я сам это сделал.
— ?????????
— Ну, а что ты удивляешься... В этом мире нет такой силы, которая могла бы лишить меня свободы.
— А как же... Эреб?
Он рассмеялся, сверкнув в темноте зубами.
— Вы всё верите тут в эти сказки... Нет никакого Эреба.
— Так... Ты ещё скажи, что Яхве нет...
— Нет, вот Яхве-то как раз реален. И ещё есть Эрреб.
— Подожди... Я ничего не поняла. Ты про Бога Вечного Мрака, своего второго отца?
Он расхохотался.
— Эрреб мне не отец. Эрреб — это моя Мать.
У меня отвисла челюсть. Этого даже Ричард, наверное, не знает. Или знает? Все мои представления о мире начали разваливаться, уже в который раз. Мне и раньше казалась довольно глупой идея о том, что наш мир создали два Бога-брата, но теперь я поняла, что моя интуиция меня не обманывала.
— То есть, нас всё это время намеренно вводили в заблуждение?
— Так, детка, не слишком ли много вопросов за один раз?
— Я тебе не детка!
— Хорошо, детка, — усмехнулся он.
Рррр... Я начинала злиться. Это было довольно забавно, учитывая, с кем я вела сейчас диалог, но я ничего не могла с собой поделать — всё это время у меня было стойкое и отчётливое чувство, что мы гораздо более близки, чем могло бы быть при первом знакомстве...
— Ты любила серокрылого? — спросил он внезапно.
— Не серокрылого, а Цезиуса!
— Ага, всё-таки любила... Защищаешь...
— Не твоё дело!
— Да, вот как раз-таки, очень даже моё.
— С чего это?
— А что, так трудно догадаться? — ответил он мне знакомой фразой, снова улыбаясь, а я вспыхнула, вспоминая все наши разговоры, все его поцелуи, и снова ту ночь... Он точно всё помнит...
Он вёл себя совершенно как обычный бессмертный, и я совсем осмелела.
— Моя очередь!
— Ну, давай, придумай вопрос, который меня смутит...
Я пыхтела, как паровоз, пытаясь сохранить самообладание. Сейчас ты у меня допрыгаешься...
— Ты такая симпатичная, когда злишься...
Я мысленно досчитала до пяти и сделала длинный выдох.
— Ты подглядывал за мной, когда был Цезиусом?
— Ты хотела сказать, Ихтиандром?
Всё-то он знает...
— Не юли!
— Один раз.
— Когда???
— Когда ты спала без одеяла...
Вот засранец...
— Можно подумать, ты этого не хотела?
Ладно, кажется, я уже захожу на скользкую дорожку, пора прекращать.
— Твой ход.
Длинная пауза.
— Я нравлюсь тебе?
Я молчала.
— Нравлюсь... — он уже утверждал, не спрашивал.
— Ну, раз ты такой умный и всё сам знаешь, может и играть тогда будешь сам с собой?
— Нет, с собой неинтересно. Я тысячу лет играл с собой. Ты ведь не откажешь мне в этом маленьком удовольствии?
— ...
— Так нравлюсь, или нет?
— Ты ведь уже сам себе ответил!
— Я хочу услышать это от тебя.
— Я недостаточно тебя знаю, чтобы делать выводы!
— А здесь не нужны никакие выводы, такие вещи сразу понятны. Ты просто боишься сказать мне об этом.
— Ну, если ты знаешь, что я боюсь, тогда ответь сам, почему.
— Потому что думаешь, что я начну слишком быстро сближаться с тобой.
— И что?
— И тогда ты не сможешь сохранить приличный образ себя.
Я помолчала, переваривая. Ну, была в его словах доля правды. Я уже почти потеряла приличный образ себя, когда Цезиуса чуть ли не сама в постель затащила.
— Я угадал?
— Ты весьма догадлив.
От него прямо пёрло удовольствием. Ну ладно, сейчас я тебе подкину ложку дёгтя...
— Что ты почувствовал, когда понял, что у тебя не стоит?
— Хм. Неплохо...
Да, а ты что хотел? Твой же вопрос тебе и возвращаю.