***
Утром мне было так хорошо, что просто хотелось петь и летать.
Я, намурлыкивая себе под нос песенку, втихаря просочилась в душ — мне почему-то не хотелось попадаться на глаза Расаталу. Вчерашняя сцена меня не то, чтобы смутила... Скорее, я почувствовала себя немного беззащитной. Такое ощущение, что он сможет сделать со мной всё, что захочет, управляя своими энергиями, а я вот так вот послушно возьму и обмякну... Или наоборот — начну пылать страстью... И бери меня тут тёпленькую, имей как хочешь...
С одной стороны, я была немного обескуражена его силой и своей собственной реакцией на это воздействие, но с другой... Настроение было потрясающим, и это невозможно было отрицать. Намазывая свою довольную мордашку кремом, я взглянула на выражение своего лица... Глаза светились...
Эй, Кейси! Не смей так быстро влюбляться, слышишь? Это какой-то дурман, это не может быть по-настоящему... Но мои щёки играли румянцем, на губах блуждала легкомысленная улыбочка...
Вот же чёрт... Даже Азраэль не вызывал во мне таких одуряющих эмоций. А уж он был мастак охмурения. Вернее, и сейчас им, несомненно, являлся. Надеюсь, он найдёт себе достойную пару — такую же, как он, развратную и отвязную демоницу. А я сейчас, кажется, погружалась в новый омут, без всяких сожалений оставляя на берегу и купальник, и сланцы, и свои несчастные бестолковые мозги...
Я осторожно выглянула из ванной. В доме стояла тишина. Нет, ни за что не буду больше смотреть в окно! Я этого просто не вынесу. Я шмыгнула в свою комнату — переодеваться. Белая помятая рубашка Цезиуса до сих валялась на другой половине кровати, напоминая о том, что между нами произошло. И я вдруг подумала, а...
Нет, нет, нет, Кейси, заткнись, умоляю, заткнись, я не хочу об этом думать! Я покосилась на левое плечо — вот только вякни мне сейчас что-нибудь! Такого леща отхватишь!..
Бесёнок молчал.
А я — думала...
А как с этим... А как с этим... А как с этим обстоят дела у него?..
***
Завтракала я одна — куда он запропастился?
Мне откровенно надоело бездельничать. Интересно, а при помощи амулета можно заказать что-то, кроме еды?
Я открыла светящееся меню на дверке холодильника. Так... Готовая еда... Напитки... Даже косметика есть... Предметы гигиены... Ага. Вот. Кажется, мне повезло — в меню были книги. Я радостно открыла каталог... И разочарованно уставилась на две детские разукрашки. И это всё?
Входная дверь открылась. Я застыла, не поворачиваясь. Потренируюсь, пока есть такая возможность. Он был... немного взбудоражен... доволен... И, кажется, ещё был рад меня видеть.
— Салахадда почти не изменилась, — услышала я его голос. Он прошёл к столу, сел...
— Ты уже побывал в Салахадде?
— Рынок по-прежнему такой же шумный и запутанный, — он улыбался. — За тысячу лет никто не удосужился навести порядок и расставить ларьки по схожим товарам. Я почти потерялся, и спасся, только взлетев вверх, и то утратив всякие ориентиры — там можно блуждать бесконечно. Ты должна это увидеть.
— А книги там есть? — поинтересовалась я.
— Ты лучше спроси, чего там нет.
— Тогда полетели?
Он оглядел меня с ног до головы.
— Боюсь, там тебя могут у меня украсть.
— Из-за моей несравненной красоты?
— И из-за этого тоже. Ты хоть помнишь, как выглядишь?
Я почти обиделась, подумав, что это намёк на то, что я давно не красилась или не стриглась, или ещё что-нибудь в этом роде... Как вдруг до меня дошло, о чём он говорит. Я резко приуныла.
— Ну вот... Теперь и не полетишь никуда...
Он загадочно улыбнулся.
— Угадай, что у меня есть.
— Подарок для меня?
— Хм... Нет, подарки будут на месте, когда прилетим. Кое-что другое.
— А что мне будет за то, что я угадаю?
— Я стану твоим личным стилистом.
Такс... Что он имел в виду? Мне ничего не приходило в голову, и я воззрилась на него в нетерпении. Давай уже, Расатал, не играй в загадки, мне и так давно надоело тут торчать.
Он достал из пакета, стоящего рядом на стуле, два баллончика. Краска?
— Это навсегда?
— Нет, она на водной основе. Если ты не ухитришься попасть под дождь, всё будет в порядке.
Мы вышли во двор, я расправила крылья, и он аккуратно покрыл их полностью чёрным матовым цветом. Кое-где остались недокрашенные места, и он, близко наклонившись, завершал последние штрихи.
Стоя сзади, приподнял мне крыло, пробрызгивая мелкие пёрышки возле самого плеча... Его дыхание коснулось моей шеи. Кажется, он делал это нарочито медленно... Второе крыло... По затылку побежали мурашки. Боковым зрением я видела, что он смотрит вовсе не на крыло, а на меня... Снова медленно повёл баллончиком... Я стояла, закусив губу.