— Хорошо… — прошептала она. — Мне и так хватило…
Я с трудом перевёл дыхание, потом поднялся и зашёл в дом. Кажется, мне придётся хорошенько поработать рукой.
***
На следующее утро я хотел её даже ещё сильнее, чем вчера.
***
— Почему ты никогда не говорил мне, насколько она восхитительна?.. — Бельфегор стоял возле мольберта, то внимательно всматриваясь в результат своих ярких хаотичных мазков, то отклоняясь назад, чтобы окинуть взглядом всю картину, постепенно рождающуюся на полотне.
Азраэль ответил не сразу — он сосредоточенно держал палец на перстне, пытаясь выделить из всего массива поступающих сообщений нужное.
Бельфегор оглянулся, и принц рассеянно пробормотал:
— Да я как-то и сам особо не замечал… А ты, я смотрю, запал на неё?
Демон приподнял брови и задумчиво уставился в окно.
Встреча с ней до сих пор не выходила у него из головы. Она повела себя достаточно неожиданно, и он явственно ощутил потоки Силы, которые от неё исходили в тот момент. Пожалуй, она действительно их размазала бы, как и было обещано… Но Бельфегор не чувствовал страха — ни тогда, ни сейчас. Скорее, даже наоборот — каждый раз, когда он вспоминал об этом, его пронзала волна восторга…
Он снова перевёл взгляд на картину. Это буйство цвета, которое сейчас возникало из-под его кисти, было похоже именно на то состояние, которое он испытал, глядя на неё… А эти прозрачные, сверкающие крылья… Это было что-то фантастическое.
Было бы неплохо познакомиться с ней поближе…
— Она тоже вписалась в твой проект? — спросил он.
— Нет, я так и не смог с ней поговорить, — ответил Азраэль. — Но она в любом случае будет участвовать, это неизбежно. Ангелодемон, так или иначе, втянет её в это. Так что, в конечном счёте, получится весьма недурная комбинация.
Бельфегор кивнул. «Пожалуй, сегодня я закончу…» — подумал он и снова мягко прикоснулся кистью к холсту. На него, словно живая, смотрела с мольберта огненная птица, охваченная вихрем фиолетово-оранжевых языков пламени…
***
Дождь моросил уже второй день, и я, закутавшись в плед, вышла подышать воздухом и расположилась под крышей беседки. На столе лежала деревянная фигурка.
Точёное женское тело… Девушка стояла, закинув руки за голову и немного отклонившись назад. Её груди задорно приподнялись, а бедро было чуть отставлено в соблазнительном изгибе. Закусив губу, я разглядывала статуэтку — она была вырезана достаточно искусно, не хватало лишь шлифовки.
Дверь открылась, и на пороге возник Расатал. Сегодня он был в тонком пуловере тёмного сине-зелёного цвета с V-образным вырезом. Я заметила, что он любит засучивать рукава, и сейчас тоже залюбовалась его фигурой, стоящей в дверном проёме, чуть ли не касаясь головой притолоки.
Он подошёл и сел напротив.
— Очень красиво… — сказала я. — Ты творческая натура…
— Только творчество меня и спасало, — ответил он. — Если бы не это, я просто сошёл бы с ума. Но я брал свою боль и плёл из неё красоту. Это единственный выход.
Я знала об этой особенности — некоторые бессмертные умирали прямо в тюрьмах, так и не дождавшись освобождения, если у них не получалось найти себе хоть какое-то занятие.
Его ноги вдруг мягко обняли мою ступню, а руку он взял в свои тёплые ладони.
— Всю меня в плен захватил, — засмеялась я.
— Мне всегда тебя будет мало.
Я немного смущённо помолчала.
— Как спалось? — спросил он.
— Да так… Страдала бессонницей.
— Небось, обо мне думала?
— А тебе лишь бы меня подразнить!
Он рассмеялся, целуя мою руку.
— Ну, а что мне ещё остаётся делать? Только облизываться…
Дождь пошёл сильнее — мы теперь сидели в беседке, словно окутанные стеной воды. Это давало ощущение уюта.
— Неужели у нас с тобой сегодня будет просто обычный день?
— Устала, да, от всех этих передряг? — спросил он меня, заправляя мне за ухо прядку волос. От его прикосновения по моей спине пробежала батарея мурашек.
— С одной стороны — да, а с другой — мне стало намного интереснее жить. Опять же, у меня теперь куча возможностей, это приятное ощущение… — задумчиво произнесла я. — Вот только в одном я не могу разобраться — почему такая огромная сила никак не ощущается внутри, и даже нет особого желания её как-то применять?
— Это нормально, — сказал он. — Значит, ты способна её вместить. Иначе она разорвала бы тебя на куски.
Я не стала упоминать, что в какой-то момент почти так и произошло… Не хотелось поднимать эти воспоминания.