Открыв оба засова на толстой решётке, он спустился обратно.
— Потянем ещё немного времени, — сказал он мне. — Я пока объясню, с чем тебе предстоит столкнуться.
По мере его рассказа на сердце у меня становилось всё тяжелее и тяжелее.
— Тебе нечего бояться, — сказал он мне, глядя на то, как меняется моё выражение лица. — Оттуда ты выйдешь ещё сильнее, чем сейчас.
Да уж… Выйти-то, может, и выйду, вот только что мне там придётся пережить… Впрочем, я не собиралась пасовать перед трудностями. Гулять, так гулять. Если уж идти в гости — так к самой Эрреб…
Заглянув в пару магазинов, поужинав в одной из кафешек Центра и вволю набродившись по уютным дорожкам сквера, мы дотянули до ночи. Потом, уже в темноте, когда служитель ушёл домой и закрыл двери храма на замок, Расатал аккуратно разбил высокое витражное стекло, и мы забрались внутрь.
Первый удар лома по полу отозвался громким эхом по всем сводам, и я вздрогнула. Потом, со следующими ударами, я уже постепенно свыклась с шумом и уже спокойно наблюдала, как он крушит и дробит замурованный вход в подвал. Под цементом оказались деревянные доски, и Расатал просто пробил их массивной подошвой своего берца, отшвыривая куски в сторону.
Он начал спускаться по лестнице, ведущей вниз, и я последовала за ним. Внутри царила кромешная тьма, воздух был затхлым, но он зажёг в ладони свои маленькие молнии, и я начала хоть что-то различать. Запах озона распространялся от него вокруг, и вскоре дышать стало намного легче.
Перед нами высился большой алтарь из чёрного гранита. Я протянула ему купленное заранее небольшое стёганое одеялко, и он застелил им поверхность. Потом прошёл куда-то далеко в угол, принёс оттуда несколько толстых свечей, расставил вокруг алтаря и зажёг.
Меня начала бить лёгкая дрожь. Тени плясали по стенам, и я вдруг поняла, что вскоре мне придётся остаться один на один с Тьмой, а я к этому совсем не готова… Расатал, почувствовав моё состояние, обнял меня, и постоял так некоторое время, насыщая меня уже знакомой энергией. Я немного успокоилась.
— Нужно раздеться, — сказал он.
А вот об этом он меня не предупреждал.
Тем не менее, отступать было уже некуда… Я дёрнула магниты на спине, и туника медленно сползла с моих плеч. Сапожки, леггинсы… Я осталась в одном белье, не решаясь продолжить.
Он приблизился, взял в ладони моё лицо и прикоснулся к губам лёгким, тёплым поцелуем… Потом погладил меня по волосам, снова поцеловал… И прикоснулся пальцами к плечу, вопросительно глядя мне в глаза. Я кивнула.
Медленно он спустил одну бретельку с плеча… Снова поцелуй. Потом другую бретельку… Поцелуй… Крючочки на спине… Он вдруг замер. Я стояла неподвижно, ощущая, как всё тело начинает снова сотрясаться в дрожи.
Одним движением он снял бюстгальтер и сразу же опустился на колени. Когда он прижался лбом к моему животу, я была готова закричать. Его волосы касались моей кожи, щекоча её… Я почувствовала, как его пальцы аккуратно подцепляют резинку трусиков… О боги… Почему это всё должно происходить так странно?.. Он осторожно стянул их вниз, и я переступила, освобождая ноги. Вдруг подняв голову, он поймал мой взгляд.
«Я люблю тебя», — прочла я и в его глазах, и в его энергиях. И ответила ему тем же.
Он подхватил меня на руки и уложил на алтарь. И тут вдруг запустил пятерню в волосы и едва слышно застонал — от него исходили эмоции растерянности и досады.
— Я забыл нож…
«Неудивительно…» — подумала я. — «Понятно, где были твои мысли…»
— Я попробую сама, — сказала я, и он выдохнул.
Я сосредоточилась — надрезы нужно было сделать на лбу, запястьях и ступнях. Надеюсь, я не слишком себя исполосую… Представив перед собой полчища эритроцитов, плавающих в плазме крови, я сделала усилие… Клетки кожи начали раздвигаться, и по моему левому запястью потекла тёплая струйка. Отлично. Проделав то же самое везде, где было нужно, я посмотрела на Расатала. Он напряжённо наблюдал за мной.
Наклонившись ко мне, он сказал:
— Мне нужно твоё безусловное разрешение. Это обязательно, иначе ничего не получится. Я должен иметь полный доступ к тебе, чтобы качественно направлять твоё движение в каждый момент времени.
— Хорошо, — сказала я. — Что нужно говорить?
— Просто ответишь «Да».
Я кивнула.
— Даёшь ли мне полное разрешение делать с тобой всё, что я сочту нужным? — проговорил он в этом мерцающем полумраке, и мой живот поначалу тревожно сжался. Но потом я вспомнила все его бережные прикосновения… Его признания, его нежность… Его благодарность. И поняла, что готова довериться. Я верю тебе, Расатал.