Мы немного постояли, оглядываясь, и тут она закусила губу и посмотрела на меня лукавым взглядом.
— Так у тебя с Расаталом… типа, любовь?
— Ну, типа да… — усмехнулась я.
— Ну… и какой он?
— Ох, Миранда… Он очень крутой… Классный… И одновременно сложный. С ним непросто… Но очень интересно.
— А ты уверена, что он не опасен для тебя? Да и вообще... Нас весь первый курс кормили байками о том, что он устроит здесь жуткий конец света, а теперь выясняется, что всё совсем не так... Чему верить, Кейси? — глаза подруги источали недоверие и беспокойство.
— Азраэль и Князья наверняка знают, что делают, — заявила я с уверенностью. — А что до меня... Мне кажется, я действительно ему небезразлична.
Она задумчиво кивнула.
— Ну, а ты как проводишь каникулы, Мири? Что нового?
Она, кажется, немного смутилась. Я продолжала на неё смотреть — так, так, Миранда… Что у тебя интересненького происходит?
— Я кое с кем познакомилась… — сказала она, наконец, слегка краснея.
— Ааа!.. Немедленно рассказывай!.. — завопила я, и она, рассмеявшись, продолжила.
— В общем, она на два года старше меня, но Академию закончила уже давно, экстерном. Её зовут Энола…
Выяснилось, что демоница по имени Энола приходила к ним домой, разрабатывать дизайн комнат — Маммон затеял грандиозный ремонт. Она тоже оказалась магом земли, и они с Мири схлестнулись на этой почве — та показывала ей многие вещи: как делать различные покрытия, работать с игрой цвета и света, и подругу так захватил этот процесс, что она даже сама не поняла, как это произошло — между ними вдруг возникла совершенно особая тяга, которой невозможно было сопротивляться.
Я смотрела на её счастливое лицо, когда она мне всё это рассказывала — она даже поменялась в этот момент. Похоже, она действительно встретила того, кто ей подходит…
— Мири, я ужасно за тебя рада! — сказала я. — Мне кажется, с тобой раньше не происходило ничего подобного…
— Да, ты права… Мне очень легко с ней, она такая деликатная, внимательная… Я никогда такого отношения не встречала к себе от мужчин. Всем вечно от меня что-то было надо, и никого особо не волновало, чего я хочу. А тут я действительно чувствую себя ценной и любимой.
Я обняла и расцеловала её.
Мы ещё немного поговорили, а потом она засобиралась.
— Мы с отцом ещё хотели заскочить кое к каким родственникам в гости, — сказала она. — Я так рада, что мы с тобой встретились…
— Я тоже скучала по тебе, Мири. Давай, моя мышка, люблю тебя… Увидимся ещё.
— Ммм, какая ты любвеобильная стала! — расхохоталась она. — Ну всё, пока!
Помахав мне, она нырнула в тоннель, и я проводила её взглядом. Мне хотелось ещё немного побыть здесь одной. Из головы не шёл наш разговор с Расаталом. Я чувствовала, что происходит что-то не то, но одновременно понимала, что не могу ничего поменять. Я могла бы заставить себя не общаться с Бельфегором, но это было бы жертвование своими интересами. Мне не хотелось терять такую дружбу, для меня это было очень важно. Я ведь не могу жить на свете одним Рассом, не замечая никого вокруг…
Я вздохнула и расположилась в одном из кресел. Посижу тут ещё немного… Всё равно надоело сидеть в этих четырёх стенах.
Надеюсь, он всё-таки сумеет меня как-то понять…
***
Насидевшись, я уже собралась было уходить, как вдруг из полумрака тоннеля поднялась его фигура. Я встала, дожидаясь, пока он подойдёт ко мне. Сегодня мы почти не виделись — только утром, когда он сообщил мне о срочной встрече и быстро ушёл, в сопровождении двух демонов — и мы даже не поговорили.
Его взгляд был гораздо мягче, чем вчера… Он подошёл ко мне, провел рукой по волосам, коснулся тёплой ладонью щеки, заглянул в глаза… Его поцелуй, как и всегда, пробудил во мне каскады волнительных ощущений.
Мы обнялись и немного так постояли — это было мне очень необходимо…
— Ты больше не злишься на меня? — спросила я.
Он покачал головой.
Я кивнула, и он вдруг неожиданно подхватил меня на руки.
— Хочу тебя украсть…
Я радостно рассмеялась. Укради меня, Расс! Укради меня от всех…
И он взвился высоко в воздух.
***
Габриель изо всех сил старался держать себя в руках. Кажется, даже Азраэль начал понимать, что с Иерархом что-то не так — красноватые радужки демона почти спрятались за расширившимися зрачками, в то время, как он наблюдал за ним. Архангел чувствовал себя меж двух огней — и Владыку нельзя было подставлять в переговорах, и в то же время сама мысль о том, что тот после завершения аудиенции потребует выдать ему все его наблюдения, приводила Габриеля в совершеннейший ужас.