Не в силах сдержаться, я сделала глубокий вдох, впитывая в себя этот запах, и краем глаза увидела, как Велиал смотрит на нас обоих, искривив уголок рта в ухмылке… До меня вдруг долетели отголоски его собственных резких, рваных, жёстких энергий. Вот уж с кем бы я ни за что не стала сидеть в одной лодке.
Бельфегор, закончив, опустил руки, и я, наконец, нашла в себе силы поднять глаза. Он был на полголовы выше меня, и мне пришлось смотреть немного снизу вверх. Его взгляд был почти спокойным — но где-то в глубине плескались волны, понятные только мне одной — тревога, грусть… Влечение. И ещё что-то, что мне не дано было понять в эту самую секунду, но я осознала это чуть позднее, когда уже развернулась, поблагодарив его кивком, и собралась пойти к себе.
Он нуждался во мне. И это было так странно… Сильнейший демон, прожжённый сердцеед, соблазнитель, повеса… О нём ходило много разных слухов. Самым опасным его качеством было то, что внешне он смотрелся почти безобидно, и по нему совершенно невозможно было сказать, какими последствиями обернётся опрометчивая связь с ним. И сейчас я не понимала — то ли я тоже попала под это гибельное очарование, то ли он действительно относится ко мне как-то иначе…
Пытаясь разобраться в своих ощущениях, я двинулась по направлению к нашим покоям, как вдруг меня сзади кто-то окликнул:
— Кассандра!
Гилмор Ибсен стоял в боковом проходе и смотрел на меня в упор. Я подошла.
— Нам нужно поговорить, — сказал он и, взяв меня под локоть, потащил куда-то в темноту — один светильник перегорел, и в узком коридорчике царил полумрак. Что ему нужно?..
Я остановилась напротив, вглядываясь в его лицо и тщетно пытаясь понять, почему он так долго молчит, как вдруг он вцепился в мои плечи, рывком дёрнул, впечатал спиной в стену и зажал ладонью рот. Я недоумённо схватилась за его запястье — я не чувствовала опасности, да и не стал бы он причинять мне вред, это было совершенно исключено, так что я мгновенно подавила уже вспыхнувший было внутри импульс… И в этот момент он убрал руку, схватил меня за голову и впился в мои губы жёстким поцелуем.
Вкус его слюны был неприятным… Я инстинктивно дёрнулась, пытаясь высвободиться, но тут вдруг мой мозг яркой вспышкой осветило воспоминание… Сделав невероятное усилие воли, я замерла, и, действительно, с нами начало происходить примерно то же самое, что и тогда с Ричардом… Реальность начала расплываться… Вот только токи энергий и видения были совсем, совсем другими…
Я замычала, с трудом сдерживаясь, чтобы не оттолкнуть его, и он стиснул мне голову крепче, чуть ли не царапая зубами мой рот… Это было ужасно. Я не могла дождаться, когда этот процесс закончится, но и прервать его не смела — уж слишком важным было то, что он пытался мне сообщить…
Когда он, наконец, тяжело дыша, оторвался от меня, я вытерла губы тыльной стороной кисти и снова посмотрела на него. Он приблизил своё лицо к моему так, чтобы его слышала только я, и с отчаянной, душераздирающей мольбой, прошептал:
— Молчи!.. Прошу, молчи!..
Потом резко развернулся, взмахнув полой плаща, и стремительно покинул коридорчик.
***
Уснуть Азраэлю не дали. Послышался громкий, торопливый стук в дверь, и он, с трудом вытащив себя из дремотного оцепенения, которое только-только начало захватывать его в свои объятия, поднялся и открыл. На пороге стоял Асмодей.
— Мессир! — взволнованно выпалил он. — У нас перебежчики!
Они вышли на наземный уровень с тыльной стороны здания — в помещении, под конвоем нескольких тёмных, стояли, ожидая Верховного, четверо ангелов. Голова у каждого была повязана широкой полосой чёрной ткани. Один из них дрожащей рукой держался за разбитую переносицу, пытаясь остановить хлещущую из носа кровь — видимо, демоны не сразу поняли, что намерения светлых мирные…
— Докладывай! — рявкнул Асмодей.
— Утверждают, что их послал Габриель, — поспешно сказал один из конвоиров. — Пытались проникнуть на территорию, махали чёрным флагом. Не вооружены.
— Кто будет говорить?
Один из ангелов поднял руку.
— Габриель не хочет войны. Ему срочно нужно увидеться с теми двоими, кого он видел у вас на празднике в честь инаугурации. Он сказал, что это очень важно. Велел донести вам это сообщение, даже ценой собственной жизни…
48. Два пути
Гиллард Юсс не мог летать, поэтому Совы сами запихнули его в Обитель через чердачное окно… Наверху было пыльно и не прибрано — но сейчас было не до удобств, так что они просто постелили ему небольшой матрас на досках, чтобы он мог спокойно сидеть, «принимая» посетителей…