Он давно не воплощал свои фрагменты в материальных телах, но как именно ощущается телесная боль, прекрасно помнил — такое не забывается… В его памяти бережно хранились миллиарды и миллиарды переживаний живых существ, которые вынуждены были мучиться и погибать от различных жестоких внешних факторов… Но другого пути для роста не было. Всё, что происходило дальше — это просто переход от физического страдания к эмоциональному, только и всего. Этап же энергетического роста, когда вся эта необходимость жить в драме совершенно отпадала — был ещё далеко впереди…
Он убрал вектор своего внимания от девушки и снова погрузился в своё внутреннее безмолвие — на данный момент он сделал всё, что мог. Теперь дело за пространством.
***
Обычно мы с Расаталом спали в разных комнатах — ночевать вместе было весьма тяжким испытанием… Вот и сегодня вечером — он долго и нежно желал мне спокойной ночи, целуя моё лицо…
Я была слишком измотана, чтобы быть способной реагировать на какие-то ласки, а на мою просьбу подпитать меня энергией он ответил, что частое использование этой функции может нанести мне вред — рискует ухудшиться моя собственная, природная способность к восстановлению. Так что я смирилась и отпустила его восвояси — тем более, что ему ещё нужно было заглянуть к Асмодею — обсудить какие-то там нюансы распределения артиллерийских единиц на оборонительном рубеже…
Я весь день занималась отработкой боевых приёмов в воздухе, по настоятельному требованию Ричарда — в последнее время он почему-то сильно обеспокоился тем, насколько я хорошо подготовлена в этой сфере. Как и всегда, на мою попытку поинтересоваться, с чего это ему взбрело в голову так плотно заняться этим вопросом, он ответил уклончивой фразой, в духе «мало ли с чем тебе придётся столкнуться…»
Прекрасно зная свойство Учителя прятать очень серьёзные вещи за туманными намёками, я решила последовать его указаниям — если Ричард считает, что существует такая вероятность — значит, она действительно высока.
Мне даже удалось несколько раз сильно удивить Расса — постепенно я научилась делать такие сочетания рунных знаков, что их воздействие могло оказаться весьма неожиданным для противника. Самым мощным было тройное плетение — из двадцати четырёх Рун, с учётом перевёрнутых положений, можно было составить несметное количество комбинаций, каждая из которых давала абсолютно неповторимый, непохожий на другие эффект.
Конечно, маны они высасывали из меня жуткое количество, но Расатал каждый раз перезаряжал колье доверху, чтобы дать мне возможность как следует попрактиковаться. И теперь, на случай столкновения с какими-то экстренными обстоятельствами, я была более или менее подготовлена…
Я какое-то время лежала в темноте, глядя в потолок и гоняя по нему разные цветные пятнышки непонятного происхождения — это было моей любимой забавой перед сном ещё с детства… Потом меня постепенно затянула в свои объятия тёплая дремота, и я крепко уснула…
Разбудило меня колыхание матраса — кажется, Расс снова соскучился… Я вздохнула, потянулась… Было около четырех утра, и я почти выспалась — по крайней мере, состояние было вполне бодрячком… Просто тело было предельно расслаблено, и, когда он улегся сзади меня поверх одеяла, я лишь сонно мурлыкнула — двигаться совершенно не хотелось.
Он, по своему обыкновению, крепко обнял меня и прижал к себе, и я тихонько засмеялась — мои руки были под одеялом, и теперь я была в таком плотном коконе, что совершенно не могла пошевелиться. Он нежно прихватил губами моё ухо, согревая его своим дыханием… Я с удовольствием содрогнулась от мурашечной волны, сразу же побежавшей по всему телу, отчаянно желая, чтобы он продолжил эту невинную, но такую волнительную ласку…
И он, словно услышав меня, облизнул губы и ещё раз проделал то же самое, только на этот раз гораздо дольше — мочка моего уха теперь была во власти его горячего рта, а когда он медленно провёл языком за ухом, я начала догадываться, что простыми поцелуями эта ночь не закончится…
Рука поползла поверх одеяла по бедру… И переместилась вперёд — теперь его ладонь вжалась мне между ног, и я невольно раздвинула их — мне так захотелось почувствовать его прикосновение чуть глубже… Массирующие движения… Он прижимал пальцы всё плотнее… И я тихо застонала — это сразу же пробудило во мне жаркую волну, охватившую всё тело…
— Расс… — прошептала я, слушая его учащённое дыхание. Он переключился на затылок — теперь его зубы слегка прихватывали кожу на шее, и я вдруг почувствовала себя кошкой, которую топчет кот, держа за шкирку — мне так и хотелось, чтобы он сделал это сильнее, даже до боли.