Выбрать главу

Мы встали у окна.

— Он ревнует тебя? — спросил демон.

Я грустно кивнула.

— Быть может, нам стоит перестать общаться?..

Я застыла. Это он сейчас серьёзно?.. Я внимательно посмотрела ему в глаза. В них была лишь обеспокоенность.

— Нет, Бельфегор… Я не думаю, что ситуация стоит настолько остро. Пусть ты мне и больше, чем друг…

На этих словах он снова заметно напрягся.

— …но я бы не хотела ставить себя перед таким выбором.

Он разложил своё правое крыло почти на весь подоконник, и теперь оно отбрасывало в солнечных лучах мягкие синие блики. Я задумчиво провела пальцами по кончику одного из самых длинных маховых перьев, наслаждаясь этим шёлковым прикосновением. Сложив руки на груди, он, молча замерев, наблюдал за тем, как я глажу это перо… И у меня было ощущение, что я касаюсь не крыла, а самой его души.

Я всё никак не могла выкинуть из головы тот случай, когда ко мне подошла его Бэлль. Это оставило во мне настолько противоречивые эмоции... Но сейчас я не хотела с ним об этом говорить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

В коридоре послышался торопливый цокот каблучков, и я обернулась.

Фигуристая, с шикарными вьющимися рыжими волосами, с большими, выразительными светло-зелёными глазами… С очаровательной россыпью веснушек по лицу… Она была великолепна. Испортило её вид лишь то, что, увидев меня, она тут же ссутулилась, и у меня возникло впечатление, что она с трудом удержала себя от того, чтобы не нырнуть в боковой проход, спрятавшись от моего взгляда.

Но она быстро взяла себя в руки, выпрямилась, гордо подняла голову и даже замедлила шаг. Когда она проплыла мимо, призывно покачивая бёдрами, я внезапно поняла, что совершенно не чувствую к ней ничего плохого. Скорее — наоборот, весь её вид вызывал у меня искреннее восхищение.

Мы с Бельфегором оба проводили её пристальными взглядами…

— Ничего такая… — произнёс он.

— Я бы сказала, даже очень ничего… — покивала я.

Судя по всему, Теана Моррис решила остаться.

***

Штурм мы начали, естественно, глубокой ночью.

Впрочем, ангелы были настороже, будучи давно готовыми к такому подвоху, и Обитель окружало плотное кольцо света, отбрасывающее тьму далеко назад. Мы наблюдали за этим явлением лишь издали — предстояло ещё прорвать все те границы обороны, которые белые выставили задолго до приближения к главному убежищу Самаэля…

Мы, словно волки, кружили вокруг этого стада коз… И не забывали о том, что у них тоже есть длинные, острые рога…

Нас было много. Но их, казалось, ещё больше… Туча белых крыльев медленно и плотно шевелилась перед нами, не давая увидеть, что находится позади.

Я снова ощутила знакомый противный страх под ложечкой — к нему невозможно было привыкнуть. Каждый раз он вынуждал меня делать усилие, чтобы преодолевать себя, и постепенно изматывал, вытягивая энергию.

И вот, бой начался…

Пусть наша платформа и висела на безопасном расстоянии — я будто всем нутром чувствовала, как одна стена тел врезается в другую, с ходу калеча, ломая друг другу рёбра и пальцы… Вырывая волосы и перья… Безжалостно вонзая иглы ледяных стрел, опаляя пламенем кожу, тут же начинающую пузыриться страшными, сочащимися кровью и тягучей плазмой волдырями…

Я видела, как водяные маги уродуют лица, моментально высасывая из них жидкость, лишая противника зрения — глаза в ту же секунду переставали видеть, оставшись без влаги… Как маги земли швыряют тела, со всего маху сшибая их в воздухе, и они безвольно летят вниз, мотая переломанными конечностями и разбитыми черепами…

Я слышала, как дико кричит обожжённый бессмертный, не в силах вынести мук от охватившего его оранжевым взрывом кипящего пламени… Как булькая, хрипят лёгкие, залитые водой, не дающие их обладателю больше доступа к кислороду… Как их, наоборот, разрывает от давления, и изо рта начинает толчками брызгать алый фонтан, пока маг воздуха, оскалив зубы, всё сильнее сжимает побелевшие кулаки…

Как страшно выглядит бессмертный, чью кровь вскипятили кислородом, и вся его кожа моментально покрывается чудовищными кровоподтёками, а глаза вдруг останавливаются, двумя пустыми, мёртвыми стеклянными шариками глядя в небо… И он плавно падает, спиной к земле, а руки и ноги задираются в этом последнем полёте, не успевая за туловищем…