Я ощущала ярость и боль, страх и ненависть, и не понимала, чьи они — мои, или всего пространства вокруг… Я больше почти не плакала. Иногда я улавливала чей-то сумасшедший, хриплый вскрик прямо посреди битвы и думала, что мне это, наверняка, всего лишь показалось… А потом вдруг осознавала, что он вырвался из моей собственной глотки… И Ричард, который теперь стоял совсем рядом, по левую руку от меня, бросал на меня быстрый внимательный взгляд, но потом мы оба снова вливались в наш общий хор:
— Viiiiiaaaa..... Mmmmaaaaaа... Viiiiiaaaa..... Mmmmaaaaaа...
И я с облегчением ложилась на волну Тьмы, слушая низкий голос Расатала… Голос, который дарил мне жизнь… Дарил мне надежду… И для меня не существовало больше ничего, кроме его голоса.
***
Мы отступали — все были измучены непрерывным четырёхчасовым сражением. Всего лишь небольшая передышка… Но мы знали, что сегодня отдыхать полноценно нам не удастся — эта битва была не на жизнь… Она была на смерть. Пути назад просто не было. Один час — это всё, что было отпущено нами себе же самим, и Азраэль снова скомандовал наступление.
Маги земли взметнули в воздух вереницы бутылочек — все похватали энергетик, кто сколько смог — и снова ринулись в бой, осушая их буквально на ходу. Пять утра — уже рассвело… И тут нас встретило ещё более ожесточённое сопротивление белых.
Мы так и не поняли, что позволило им создать такую плотную, непроницаемую стену защиты, но весь их центр и левый фланг были словно окутаны мерцающим покрывалом, которое в буквальном смысле не пропускало нашу магию. Зато изнутри то и дело вырывались вспышки и невидимые облака, которые ударяли в наш строй, словно огромные кувалды, разбивая, разбрасывая демонов, кидая их из стороны в сторону…
Ангелы двигались, как единый организм, не ломая свой строй. А демоны растерялись, не понимая, что им теперь делать и как биться… Они просто физически не подпускали нас к себе.
— Вельзевул! — заорал вдруг Азраэль. — Ты готов?!
Несколько секунд паузы, и где-то далеко справа раздался отдалённый рёв. Посреди толпы выросла массивная рогатая фигура — крылья старшего демона разметали своих же, раскинувшись во всю ширь, и из его поднятых лап вырвались густые чёрные всполохи…
Замерев, я наблюдала за происходящим — тело автоматически пело свою «партию», давно привыкнув к ритму, и мне даже не нужно было осознанно за этим следить — всё делалось само. Но время шло… И я никак не могла понять, что же собрался делать (или уже сделал?) Повелитель Мух…
Но, как только я произнесла в уме его прозвище — до меня тут же дошло. И вовремя — я уже слышала сзади мягкий, как волна набегающего прибоя, медленно нарастающий гул…
Они не ждали такого ужаса. Небо почернело от полчищ насекомых… Когда вся эта страшная, похожая на разумный дым, гулко жужжащая масса ринулась вниз, даже у меня по спине продрал холодок — белые тут же исчезли. Каждого ангела плотно обхватила пелена чёрных точек, и их тела забились, задёргались в воздухе, сталкиваясь между собой…
Казалось, эти крики были ещё более душераздирающими, чем несколько часов назад — и я вовсе не была удивлена… Когда тебе прямо в рот и нос лезет сотня шуршащих, шевелящихся, цепляющихся лапками, жалящих прямо в щёки, в глаза и язык, тварей — наверное, можно мгновенно сойти с ума…
Осы, мухи, пчёлы, москиты, слепни, гнус…
Это было жутко. Я порадовалась, что мой желудок пуст — настолько зрелище было отвратительным… Но зато это позволило нам сильно продвинуться — охваченные паникой передние ряды светлых стремительно ринулись назад.
Снизу снова гулко забухали пушки — Асмодей щедро забросал их вдогонку взрывными снарядами, и строй ангелов, до сего момента строго державший форму, безнадёжно рассыпался… Демоны с криками и гиканьем бросились вдогонку, сразу же, как только прекратились залпы…
Наша платформа поплыла следом, и я почувствовала, как в груди нарастает радость — что, если нам сейчас удастся...?
Но я ошибалась.
***
— Я надеюсь, у тебя всё готово… — даже не спросил, а сказал Самаэль. Сказал с такими интонациями, что Тёмный Маг отчётливо услышал в этой фразе лишь одно: неминуемый приговор его дочери, если задуманное сорвётся.
Он с трудом подавил рвущиеся изнутри импульсы Тьмы, уже готовые вонзиться в Иерарха, и глухо проговорил:
— Все на позициях… Ждут только команды.
Иерарх кивнул. Он сейчас сосредоточенно занимался двумя делами — и разговаривал с Ибсеном, и держал в руках мощные потоки, которые поступали от него к Хранителям. В отличие от них, он исполнял свою функцию с завидным хладнокровием. Когда ряды светлых заволокла плотная пелена насекомых, на его лице не дрогнул ни один мускул.