Так что ему, оказывается, было даже ещё тяжелее, чем нам... Если мы видели и чувствовали только то, что могли достать своим вниманием — то ему приходилось ощущать вообще ВСЁ. И я баюкала его в своих объятиях, до тех пор, пока он немного не успокаивался. Он признался мне в этом лишь сейчас... Раньше же — просто не хотел ещё больше отягощать моё состояние, прекрасно зная, что я буду переживать за него всей душой.
— И ты видел вместе с нами этих жутких Редисок?.. — спросила я.
— Да... Но я знал, что вы догадаетесь. Поэтому не стал дёргаться.
Я была безмерно благодарна Гилмору за такой тонкий расчёт. Светлым, конечно же, были невдомёк все эти нюансы из Зоара, поэтому Ибсену удалось провернуть свою задумку. Всё изучение Зоара для ангелов сводилось к формальному перечитыванию лишь тех фрагментов, к которым Библия Тёмных сама сочла нужным их допустить. А наиболее важная информация, которая могла как-то повлиять на положение демонов, так и оставалась сокрытой. И я не переставала восхищаться этой его особенностью.
Мы по-прежнему были вынуждены ночевать в разных комнатах. Тяга к единению стала настолько нестерпимой, что мы уже не выдерживали этих импульсов...
— Кажется, я уже готов устроить этому миру армагеддон, лишь бы иметь возможность заняться с тобой сексом, — невесело рассмеялся как-то однажды Расс.
Я знала, что скоро нам предстоит приступить к поискам Нордарика, но пока ещё мы были настолько слабы духом, что оба, не сговариваясь, оттягивали этот момент, день за днём...
Расатал, наконец, рассказал мне, как именно это будет происходить. Нам придётся каждый раз инициировать секс и выдерживать приходящий за этим, разрывающий мозг, треск, чтобы протестировать, насколько мы близки к цели. Наверняка, это будет ужасно... Учитывая, что исследовать нам нужно было все три континента.
Я вообще не представляла себе, как мы с этим справимся. Но Расатала, казалось, не смущал этот гигантский фронт работ. Я вспомнила, как Цезиус пролетал невероятные расстояния, успевая прочесать за сутки такие площади, что мне и не снилось. И я надеялась на то, что теперь я хоть немного подобна такому существу, как Расс, и смогу осилить все эти трудности, наравне с ним.
— Почему твой Отец не пойдёт тебе навстречу? — удивлялась я.
— Это будет слишком легко, — отвечал мне он. — Ты же понимаешь, что он хочет, чтобы я стал подобным ему, и даже превзошёл его в способности творить. Поэтому он ни под каким предлогом не согласится помочь мне искать Камень... И я понимаю, почему он так поступает. Это вполне закономерно.
Я только качала головой... Не понять мне всех этих ваших мужских игр... Впрочем, я достаточно в своей жизни читала историй о посвящении в воины и о прочих подобных ритуалах, и прекрасно знала, насколько они могут быть жестокими. Но всем мужчинам, так или иначе, приходилось проходить через это боевое крещение... Возможно, это было правильно — не мне об этом судить.
За эти две с половиной недели, которые мы провели на озере Каари, мы стали словно обычные друзья — избегали тем секса в разговорах, старались одеваться более закрыто... Прохладная погода даже способствовала этому, будто став нашим невольным заговорщиком...
Но я не стала от этого любить его меньше. Мне казалось, что мои чувства стали даже сильнее. И мне бесконечно хотелось говорить и говорить ему о своей любви... Я шептала ему вечерами на ухо, как он мне дорог, как я обожаю его и восхищаюсь им, и ловила его ответные всплески, которые рождались у него внутри, когда он слышал мои слова...
От него было больше безмолвных признаний — взгляды, объятия... Он словно объяснялся мне в любви на языке тела. И мне этого было вполне достаточно. Я знала, что он любит меня так, как не сможет никто другой. Мы и вправду были, как две половины, предназначенные друг другу — как два паззла, сложные формы которых идеально совпали и создали совершенную конструкцию, которая лучше всего функционировала лишь тогда, когда мы были рядом.
Мы чувствовали себя Хозяевами Мира... Но нам не нужна была власть — это было, скорее, совсем другое ощущение — как будто ты слился со всем окружающим пространством воедино, в буквальном смысле слова, СТАЛ им... И продолжаешь любить его так же, как и самого себя.
***
Наконец, она возникла на пороге моего дома, немного смущённая... Грустная... И, кажется, ещё более прекрасная... Я волновался за неё — сумела ли она восстановиться за это короткое время? Или эти раны не лечатся?..
— Я так соскучился по тебе... — прошептал я, обнимая её при встрече.