По всему дому сновали слуги — он нанял себе целый штат ангелов, и теперь мажордом… или дворецкий?.. командовал ими всеми, раздавая задания направо и налево…
— Почему именно ангелы? — поинтересовалась я.
— А они более добросовестные, — невозмутимо пояснил Расс, и я, в принципе, вынуждена была согласиться. Этого у светлых было не отнять…
У меня же самой до сих пор как-то руки не доходили до найма прислуги, да мне, в общем-то, и одной домработницы хватило бы.
Как ни странно, но, вопреки собственным ожиданиям, это я уже в третий раз наведывалась к нему в гости, а не он ко мне. И всякий раз заставала его сосредоточенным на каких-то тяжёлых размышлениях. На все мои расспросы он отмалчивался, и я вынуждена была с этим мириться, зная его характер — это было просто бесполезно, пытаться что-то выяснять, если он не хотел об этом говорить.
И вот сегодня он, наконец, соизволил озвучить мне то, что терзало его всё это время.
— Тебе не кажется, что нам пора начинать?
— Кажется, Расс… — вздохнула я. — Мне давно уже кажется. Да вот только не можется…
Я знала, чем нам это грозит. Всё это из секса превратится в пытку… И я очень боялась последствий.
— У нас нет другого выхода… — сказал он, и я, соглашаясь, кивнула.
— Что ты молчишь?..
— А что я должна говорить?
— …? — он вопросительно развёл руками.
— Нет, ну правда, Расс… Что ты хочешь от меня услышать? Что я счастлива разрывать свои мозги этим жутким треском, попутно издеваясь и над собой, и над тобой? Да, я это выдержу, куда ж я денусь… Я буду это делать, так или иначе… Только вот не проси меня говорить, что я этому ужасно рада…
Кажется, у нас назревала новая ссора… Но он не стал её поддерживать.
«Ну, и слава богам…» — обессиленно подумала я, прекрасно сознавая, что сейчас я представляю из себя далеко не самого приятного собеседника. Но я ничего не могла с собой поделать.
Я поднялась.
— Ну что, тогда завтра во сколько?..
— Я так понял, ты и сегодня не остаёшься?.. — он ощутимо сдерживался, но голос всё равно его выдавал.
Я растерянно молчала.
— Мне что-то кажется, я лишка выпила… Не уверена, что смогу… Прости меня, пожалуйста…
Не дожидаясь его ответа, опустив голову, я вышла из комнаты.
И, только шагая по уже смеркающейся улице по направлению к своему дому, я вдруг поняла, что с нашими отношениями происходит что-то не то… На этой мысли меня пробрал холодок страха…
Я поёжилась… Мне стало как-то зябко и неуютно… Непрошеные слёзы снова заструились по щекам… И я, обхватив себя за плечи, медленно побрела домой, чтобы улечься в одинокую, неуютную постель и забыться в ней до утра неспокойным сном. Если мне это ещё удастся…
***
Утром мне было немного полегче. Солнце уже сияло вовсю — стоял погожий, тёплый сентябрьский день. Солнечный свет всегда помогал мне быть в хорошем настроении, хоть и поводов особых у меня для этого не было.
Я даже не стала идти пешком, хоть тут было и рукой подать, а с удовольствием рванулась вверх, навстречу влажному, пропитанному росой воздуху… В небе стояло чуть заметное марево, пронизанное лучами восходящего светила… Я поднималась всё выше. Мне так хотелось почувствовать себя где-то там, далеко от всех моих земных горестей, и я летела до тех пор, пока меня не начал пробирать озноб.
И только там, в вышине, я замерла и бросила взгляд вниз, на крышу дворца Расатала. Сердце вновь сжалось, разрываемое невыносимой болью, сплетённой с такой же сильной любовью. Как оно выдерживает это?.. Как оно ещё не рассыпалось на части от этого всего? Я не знала.
Здравствуй, новый день. Новые испытания… Наверное, они никогда не закончатся. Это просто мы, наивные, живём мыслью о том, что когда-нибудь… Настанет время… Когда мы будем веселы и спокойны и вот тогда, типа, заживём…
А настанет оно, это время, и мы взвоем от скуки и снова попросим себе каких-нибудь сложностей, чтобы было, что преодолевать и куда расти…
«Всё, Кейси, заткнись со своими философствованиями», — оборвала я сама себя и, взмахнув крыльями, медленно спланировала к дому Расатала.
Мать не любит философии — она живёт простыми телесными импульсами… А сейчас нам, как никогда, нужна была именно её энергия. И я, благоговейно коснувшись пальцами обсидиана в своём перстне, надеясь на её поддержку, приземлилась перед широким серым гранитным крыльцом.
Он уже стоял на входе, поджидая меня. В его взгляде до сих пор читалась наша вчерашняя размолвка, и я остановилась, не решаясь приблизиться… Но он спустился сам, подошёл и обнял меня. И я облегчённо обняла его в ответ так крепко, как только смогла.