Тут я уже более тщательно пораскинула мозгами, и не нашла за собой больше никаких особых прегрешений, кроме танца с Ричардом.
— Я предпочла господину другого мужчину, — пролепетала я и зажмурилась. Теперь, когда я произнесла это вслух, причём именно в такой формулировке, сам факт звучал весьма опасно…
— И снова неверный ответ, — обманчиво мягко произнёс демон и поволок меня к ближайшему столу.
Я, недоумевая, лихорадочно соображала, что же я такого упустила, но времени на раздумья он мне, естественно, давать не собирался.
Тесно приперев меня к столу и вжавшись твёрдым бедром мне между ног, он грубо разодрал на груди фартук и воротник платья, запустил ладонь под ткань и больно сжал сосок. Ойкнув, я уставилась жалобным взглядом ему в лицо и часто-часто заморгала.
Он немного ослабил хватку, продолжая одной рукой держать меня за затылок, а другой мял груди и поочерёдно покручивал то один сосок, то другой, мучительно долго и медленно, до тех пор, пока я не начала издавать прерывистые и жалкие всхлипы…
Я чувствовала, что стала абсолютно мокрой и там у меня всё набухло, а он ещё и добавлял мне жару, потираясь между моих ног бедром. Я прекрасно ощущала, как сильно у него стоит — твёрдый столбик плоти, прижимающийся ко мне сквозь его брюки, отдавался пульсацией на моей коже.
Я закатила глаза, не в силах выносить эту муку, а он тем временем заполз своим длинным языком в мой приоткрытый рот. Это не был поцелуй, это было гораздо жарче… Он лизал мои губы, словно мороженое, и эти влажные горячие облизывания пробуждали во мне какие-то совершенно дикие эмоции. Мне страстно захотелось лизать его в ответ, и наши языки начали сталкиваться у меня во рту, словно борясь, кто кого.
Завершая свой змеиный поцелуй, он впился в меня, высасывая всю мою слюну, и наконец оторвался, облизываясь и сглатывая… Вот теперь я в полной мере понимала Еву, соблазнённую в Эдемском саду. Разве перед этим возможно было как-то устоять?
Пока моё разгорячённое воображение подкидывало мне картинки обвитого огромным змеем обнажённого женского тела, Азраэль отлепил меня от стола, почти нежно повернул к себе спиной и уложил на живот. Я, словно расплавленная восковая кукла, покорно следовала за каждым его движением.
Вот он задирает мне платье, спуская стринги чуть пониже ягодиц, и начинает оглаживать их ладонью, попутно проникая между них пальцем и плавно проводя им вверх… Вот властно скользит рукой по спине, прижимая меня к столу и давая понять, что примет лишь полное и беспрекословное подчинение… И я, словно в трансе, остро ощущаю все его прикосновения, ничего не соображая и желая лишь одного — чтобы это продолжалось.
Резкий хлопок ладонью по попе лишь подогрел мою страсть, и он, заметив, что я не особо впечатлилась, шлёпнул сильнее. Я засмеялась, но тут он жёстко сжал ягодицу, впиваясь в неё ногтями, и я ахнула и притихла…
Вот я слышу, как он расстёгивает ремень, звякнув металлической пряжкой, и мой живот сладко сжимается в предвкушении… Его пальцы начали исследовать мои влажные губки, слегка проникая внутрь, и я застонала, извиваясь под его рукой.
Дотянувшись ладонью до его ширинки, я легонько погладила член сквозь ткань трусов. В ответ он схватил меня за оба запястья, завёл их за спину и крепко сжал, не позволяя самовольничать.
Я громко застонала, когда он медленно начал входить в меня, дразня и не давая управлять процессом. Другая его рука надавила на мой затылок, вжимая голову в стол, я оттопырила зад как можно выше, мысленно умоляя его сделать это, и, уже не сдерживаясь, закричала в голос, когда он загнал мне во всю длину свой разрывающийся от стояка член…
Медленно разгоняясь, он начал трахать меня всё жёстче, а я, расставив ноги шире, подмахивала ему задом, насколько мне позволяла моя неудобная позиция…
«Азраэль… Азраэль… Азраэль…» — как мантру, лихорадочно повторяла я всё громче, ощущая, как он вонзается в меня всё глубже и чаще…
В один момент это стало просто невыносимо, я судорожно сжалась всем телом, взрываясь в оргазме, и заорала на всю библиотеку, сотрясая эхом пространство…
Демон, продолжая двигаться внутри меня, сделал ещё несколько мощных толчков и, с яростным и хриплым стоном, содрогнулся надо мной, прижимая меня к столу своим телом и заливая горячим семенем…
Воздух вокруг кипел, и он лежал на мне, тяжело дыша и не имея сил подняться.
«Вот уж наказал, так наказал», — подумала я, еле переводя дух. — «Слазь уже, жеребец неподъёмный».