Я переместила руки ниже — её обтянутая джинсами попа была упругой и крепкой и буквально обжигала мне ладони через ткань. Я поймала себя на мысли, что мне доставляет огромное удовольствие трогать её... Сжимать её... Подтягивать её к себе теснее... Ещё теснее. И я уже прижала её к себе так плотно, что ощутила, как мой лобок вжимается ей между ног.
Мы снова начали целоваться... Аромат её волос кружил мне голову. Её прохладные пальчики проникли мне под майку... И она начала стаскивать её с меня. Тут меня немножко отрезвило — я поняла, что наши действия превращаются во что-то такое, что потом мне будет сложно принять, как данность. Это было уже серьёзно.
Но тело словно функционировало само по себе — мои руки поднялись, помогая ей освободить меня от одежды... Она отбросила майку в сторону и стащила с себя свою... И перед моим лицом оказались самые прекрасные груди, которые я когда-либо видела в своей жизни.
— Нет, Бэлль, нет... Пожалуйста, нет...
Я положила руки ей на бёдра, пытаясь отодвинуться. Но она явно хотела продолжения. Снова попыталась поцеловать меня... Но я уже окончательно очухалась.
Стараясь не смотреть на её грудь, я схватила её за запястья.
— Бельфегор! — громко сказала я. — Прекращай!
Она вырвала руки, сама оттолкнула мои плечи, соскочила с меня... Постояла какое-то время напротив в темноте... Я всей кожей ощущала волны её гнева и разочарования...
И в следующее мгновение она стремительно ломанулась на выход.
Я еле перевела дух... Вот это да... Ничего себе встрясочка... Кажется, я была не на шутку возбуждена. Как мне удалось отвертеться?.. Я не понимала. Знала я лишь одно — Бэлль сейчас, наверное, меня просто ненавидит. И мне всё-таки придётся её найти и поговорить с ней. Иначе... Иначе я не буду чувствовать себя нормально.
Я медленно поднялась по лестнице на первый этаж. Руки дрожали. Где она? Наверняка, сейчас спряталась в каком-нибудь закоулке, одновременно желая двух вещей — и чтобы я не нашла её, и чтобы нашла... Я прекрасно понимала, что она чувствует — ведь я тоже была женщиной.
Тщательно просканировав весь первый этаж, я, наконец, уловила её энергии и быстро взбежала по ступенькам наверх — она стояла посреди холла второго этажа, гордо вскинув голову, расправив плечи и меча глазами голубые молнии.
— Бэлль… — торопливо проговорила я чуть запыхавшимся голосом. — Пожалуйста… Давай обсудим то, что произошло.
Удивительно, но она не стала мучить меня и почти сразу же, через пару секунд, кивнула головой, приглашая меня идти за собой в одну из комнат.
Мы вошли и уселись друг напротив друга на небольшом мягком диванчике.
— Ты очень обиделась на меня? — спросила я взволнованно. — Я чувствую себя виноватой...
Она промолчала, слегка усмехнувшись, но её глаза по-прежнему оставались серьёзными. И я поняла, что коснулась внутри неё чего-то очень важного... Чего-то такого, что нельзя было просто так оставлять.
— Я очень хорошо к тебе отношусь... — начала было я. — Но ты же понимаешь, что я не могу...
И тут она резко прервала меня.
— Ты ведь просто используешь меня, верно, Кэсс, признайся? Тебе очень удобно дружить со мной... Тебе многое доступно благодаря моим возможностям... И я послужу всего лишь инструментом для того, чтобы ты могла обрести долгожданное воссоединение со своим Демоном Бездны. Вот и всё, для чего я тебе нужен.
— Неправда, Бэль!... — чуть не плача, воскликнула я. — Ты мне очень дорог! То есть, дорога́... Но я не могу изменять Рассу! Это будет нечестно...
— А я сейчас вовсе не об этом... — прошипела она, пронизывая меня взглядом, полным злости и боли. — Я всего лишь о том, что у тебя в сердце. Тебе на меня плевать.
Мне вдруг стало больно от её слов... Она говорила неправду. Она говорила это намеренно — чтобы вынудить меня признаться в своих истинных чувствах. И, кажется, моя оборона сейчас стремительно рушилась. Если Бельфегору я никогда не смогла бы сказать об этом — то Бэлль словно вскрыла все мои защиты и заставила мою душу вывернуться наизнанку. Я не могла ей лгать.
— Я люблю тебя, Бэль... — тихо сказала я. — Да, ты прав... Ты мне гораздо больше, чем друг. И я не знаю, почему так случилось... Я люблю Расса... И тебя тоже люблю.
Я опустила голову, сгорая от стыда, и закрыла лицо руками. Будь что будет.