Мы ещё немного постояли… Я старалась впитывать каждое мгновение наедине с ним — в скором времени мне и это будет недоступно. К горлу вдруг подступили слёзы. И, когда по моим щекам потекли тёплые солёные капли, он обнял одной рукой меня за плечи, прижал боком к себе…
— Я люблю тебя, Ричард… — прошептала я. И его ладонь сжала моё плечо.
61. Исчадие Ада
Мы вернулись в зал, и я увидела, что все расселись кругом, музыка затихла, а в центр поставили стул, на который сейчас усаживался Велиал, держа в руке гитару.
Когда до меня, наконец, не так уж и давно, всё же дошло, что он является покровителем культуры на Небесах, то изумлению моему не было предела. Теоретически я всегда об этом знала — это была базовая программа для изучения в академии… Но почему-то сия информация никак не доходила до моего осознания — видимо, в силу того, что демон, во-первых, имел весьма непростой и конфликтный характер, а во-вторых, во всём его облике и взгляде читалась скорее некая угроза и криминальность, нежели утончённость богемных натур, которым была присуща тяга к творчеству.
Потом, со временем, я узнавала его всё лучше — посмотрела весьма талантливый агитационный ролик, созданный им — режиссёр из него получился точно отменный. Затем воочию наблюдала, насколько правдоподобной оказалась та иллюзия, с помощью которой он обманул Уравнителя… И моё мнение постепенно менялось.
А сейчас он, кажется, намеревался сделать ещё одну вещь, которая окончательно разрушила бы все рамки моих представлений о нём.
Его чуткие пальцы коснулись струн, слегка перебирая их, настраивая… Я сразу же поняла, что гитара была высочайшего качества — она уже пела и дрожала в этих руках, как давно изголодавшаяся по его прикосновениям любовница…
Серые глаза демона вдруг затуманились какой-то потусторонней тоской… Он словно смотрел куда-то, где роились бессчётные потоки видений, недоступных нам. И собирался поведать нам о них…
Первые аккорды… Они сразу же начали проникать мне в самую душу. Ох, Велиал… Что же ты с нами творишь… Не успел он начать играть, как я мгновенно поняла, что мне сегодня не избежать ещё одной волны слёз.
— Я шёл по дороге… теряя друзей…
Я видел так много… далёких огней…
Что дерзко взывали… к мятежной душе…
И сердце мне рвали… и я знал уже…
Что каждый, кто верит… что каждый, кто ждёт…
Свою боль отмерит… свой крест пронесёт…
И всё, что мы можем… лишь намертво встать…
Чтоб знамя свободы… в руках удержать…
Мы начали подниматься со своих мест… Все сразу поняли, о чём эта песня.
Крепись же, товарищ… мой друг боевой…
Такой уготован… удел нам с тобой…
В глаза самой смерти… бесстрашно взглянуть…
А после — в бессмертье… сурово шагнуть…
Как выдержать боли… неистовый шквал…
Как вытерпеть взрыв, что… мне грудь разметал…
Взреву я, как ветер… и ввысь вдруг рванусь…
И огненным вихрем… я в небо ворвусь…
Пусть каждый, кто видит… мой пламенный шлейф…
Отважнее станет… и станет сильней…
Отчаянно в жертву… себя принесу…
Зато всех любимых… я этим спасу…
Так встанем же, братья… поднимем бокал…
И вспомним всех тех, кто… за нас погибал…
Они рядом с нами… они среди нас…
Почувствуйте взгляды… их любящих глаз…
Мы вместе помянем… ушедших друзей…
Плечом к плечу встанем… и станет теплей…
Ведь мы не забудем… ваш подвиг любви…
Век помнить мы будем… что сделали вы…
Его чуть хрипловатый, слегка тусклый голос затих, а пальцы всё ещё продолжали перебирать струны, и гитара пела и плакала… Она оплакивала тех, кто нам дорог.
Многие утирали слёзы…
Я рыдала, не пытаясь скрывать своих чувств… И я верила, что сейчас Игнис слышит каждое слово, которое прозвучало в нашем кругу… Кто знает, может, и Крис откуда-то смотрит на меня, будучи оторванным от своего недвижно лежащего в коме тела… Лёгкая тень Адемиса тоже словно улыбалась из-за моего плеча, будто передавая привет… Ведь если бы не он — Уравнитель никогда не познал бы, что такое истинная боль. И меня сейчас, скорее всего, просто не было бы в живых…
Я изо всех сил посылала им свою любовь и благодарность за то, что они сделали. За то, что они вообще появились в моей жизни и были рядом… Всё тепло своего сердца я отдавала сейчас им.