***
Эрреб внимательно вслушивалась в те энергии, которые были порождены в результате её сегодняшних действий. Кажется, всё прошло успешно...
Кольцо упало точно в нужное время и в нужном месте, и всё, что последовало за этим — было не только желательным, но даже совершенно необходимым для того, чтобы её задумка начала постепенно воплощаться в жизнь. С одной стороны — это и так происходило, причём почти естественным путём, если не считать, конечно же, силы обаяния Андрогина... Но с другой — если можно ускорить эти процессы — то почему бы и нет?
Да, как мать, она переживала за Сына... Однако, за то время, которое они провели вдвоём во Тьме, она уже успела в достаточной степени убедиться в том, что он способен выдержать очень серьёзные встряски. И выйти из них достойно.
Хотя... То, что происходило с ним сейчас, было почти на грани его возможностей... Но Эрреб не только никогда не сомневалась в Сыне — она, скорее, готова была поставить абсолютно всё на кон — и даже саму себя — на то, что он действительно тот, кому удастся пройти через эти испытания и извлечь из них ту энергию, которая была в них закапсулирована.
Эта троица сейчас создавала такие потоки, равных которым ещё не бывало здесь... Сила этих выплесков многократно превзойдёт все те, что до этого удавалось производить самой Эрреб, и важность этого явления была настолько высока, что перекрывала по значимости практически всё, что вообще случалось с Богиней Мрака ранее...
Это подготавливало почву для вторжения в иные миры. Эрреб так устала сидеть в заточении, что намеревалась сразу же, по выходу из этой тюрьмы, развернуть предельно бурную деятельность по расширению — что бы там на этот счёт ни думал её Братец...
И сейчас она вела всё к тому, чтобы к моменту, когда она, наконец, освободится, всё было готово. Эта мысль грела её и помогала выдерживать всё ещё длящееся, мучительное ожидание.
А вот когда она выйдет... Тогда Мир заиграет новыми красками. И расцветёт так, что волны этой радуги захлестнут весь окружающий Космос...
***
Я уселась на ковёр возле розового слона и задумчиво потягала его за толстый хобот. Это же надо было додуматься до такого подарка... Я явственно представила Азраэля, который ржёт, откинув голову назад, сверкая своими хищными зубами, наблюдая за тем, как слуги упаковывают его презент.
Интересно, чем он там занимается в отсутствие всех этих военных забот? Скорее всего, погрузился в рутину обычных дел Правителя, которых, конечно же, у него было и без того невпроворот... Власть властью, а у неё всегда есть и обратная сторона — ты, в первую очередь, слуга своего народа и обязан эту функцию исполнять, так или иначе.
Здесь в ходу была небольшая местная газетёнка, из которой я узнавала все самые основные новости, и сейчас, если верить репортёрам, длился заключительный этап отбора на должности Хранителей — каждому серафиму, который претендовал на это место, предстояло пройти несколько тестовых испытаний, которые показали бы, насколько ангел будет способен осилить те обязанности, которые лягут на его плечи после избрания.
Претендентов было немного — не набралось даже двоих на одно конкурсное место. Впрочем, это меня не удивляло — слишком уж большие объёмы энергии архангел пропускал через себя, и далеко не каждый был способен подобное потянуть. Это была, одновременно, и огромная нагрузка, и не менее большое влияние. Так что, наверняка, отбор был чрезвычайно жёстким.
Ещё неизвестно было, как себя будут чувствовать Князья после того, как Эрреб вырвется на волю... Сейчас они были каждый вполне на своём месте, но резкое увеличение интенсивности потоков Тьмы могло повлиять на них по-разному...
И Архангелы, и Князья — все эти существа были, как основные ветви древа Силы, отходящие от ствола. От них очень многое зависело — и качество потоков, и их содержимое, и обратная отдача в Мир энергии от богов. На тонком плане всё протекало именно через них, хоть и не всегда явно ощущалось снаружи.
Поэтому я немного волновалась за Князей — смогут ли они выдержать то, что на них нахлынет, и будут ли в нужный момент к этому готовы? Я знала, что Бельфегор достаточно плотно занимается вопросами своей энергоёмкости, но он так ни разу и не соизволил мне объяснить, как именно он это делает. Лишь загадочно улыбался и отнекивался тем, что, мол, всё пойму в своё время.