Так что я оставила эту загадку до лучших времён, а коробка с портретом пока поселилась за платяным шкафом в моей комнате. Не хватало ещё, чтобы Расс её обнаружил и устроил мне очередную взбучку…
Спать ещё не хотелось, и я достала хрустальный шар, подаренный мне Вероникой. Теоретически я знала, что нужно просто задумать проблему, которая требует решения, а после — сосредоточенно смотреть в шар при свечах, и там начнут появляться всякие образы, которые и будут ответом на вопрос.
Но на практике оказалось, что это не так-то просто осуществить — то блики от свечей мешали, и мне пришлось убрать канделябр за спину… То глаза почему-то начали слезиться, и я никак не могла заставить себя непрерывно смотреть в толщу хрусталя… Потом начала сомневаться, что это занятие имеет какой-то смысл… А может, это вообще какая-то ерунда и обычная игра воображения, как и в установке Бельфегора.
Так ничего и не увидев, я снова убрала шар подальше в шкаф. Как-нибудь в другой раз, когда будет настроение… А сейчас оно у меня было предельно паршивым. Хорошо, что завтра должен начаться ремонт дома — может, хоть это меня как-то развеет?
***
Эта ночь была примерно такой же ужасной, как и предыдущая. Только на этот раз я не спала ещё дольше. Подняться мне удалось только к обеду — когда я услышала в прихожей галдёж прибывших рабочих.
Антуан Фергус быстро уловил моё настроение — пофигистически-пессимистическое — и предусмотрительно взял на себя все функции распоряжаться и решать, какие работы нужно начать сейчас, а какие — после. Я лишь попросила его пока не трогать спальню и близлежащие комнаты, а всё остальное отдала на растерзание его бригаде.
Слугу сегодня Расатал не присылал… А я тоже не могла подать ему весточку — утро уже прошло, и я не успела отдать Паулю записку. Странно… До его жилища буквально несколько минут ходьбы — а я не могу заставить себя выйти из дома, чтобы проделать этот простой путь… И я решила в этот раз тоже не давить на себя.
Почти весь день меня спасали музыка и еда. Дарес составил мне огромный сборник композиций под разное настроение, а Донна вообще была в ударе — сегодня был и шоколадный торт, и запечённые в духовке под особым соусом крылышки… А когда она вознамерилась поэкспериментировать с каким-то блюдом с замудрёным названием, под которым, как выяснилось, скрывается жареная змея, загодя замаринованная в гранатовом соке с восточными приправами… Я решила немного её притормозить.
И уселась за чтение. У ангела было кое-что интересное в кабинете — альманах по флоре и фауне Восточного континента. Огромная книга с качественными иллюстрациями на плотной глянцевой бумаге — мне хватило её почти на три часа беспрерывного изучения, и я в какой-то степени продвинулась в своих познаниях о природе Востока.
Впрочем, это было ненадолго — фантазия Вельзевула была настолько неисчерпаемой, что можно было ежегодно составлять подобный обзор, и каждый из них был бы непохож на предыдущие.
Как только я закрыла альманах, на меня сразу же навалилась жестокая тоска. Я просто не знала, куда себя деть… Коридор был наполовину занавешен белыми полотнищами — специально, чтобы не пропускать пыль, и ремонтные работы шли полным ходом. Мне же ничего другого не оставалось, как выйти в сад и пошататься между деревьями.
Когда мне и это надоело, я даже попыталась немного помучить старый раздолбанный клавесин, но моих познаний в музыке явно не хватало, чтобы состряпать на нём даже простенькую композицию — тем более, что инструмент был безнадёжно расстроен, а пара клавиш запада́ли так, что невозможно было извлечь из них вообще какой бы то ни было звук.
Тоска нарастала — да так, что впору было взвыть. Я не представляла, как себя вытащить из неё. С трудом дождавшись, пока стемнеет, я с облегчением обнаружила, что меня клонит в сон. И с готовностью занырнула под одеяло вместе с покрывалом — прямо так, не разбирая постель.
Ночь приняла меня в свои спасительные объятия…
А когда я поняла, что заря открывает новый день… Я решила, что я не хочу, чтобы он наступал.
***
Это уже ни в какие ворота не лезло.
Я — что, совершенно перестал иметь для неё какое-то значение? Ни весточки, ни записки… Простое игнорирование и молчание. В чём дело?
С одной стороны — я не собирался больше ставить себя в зависимое положение — в конце концов, она взрослая женщина и способна давать себе отчёт в своих поступках. Хочет обострить конфликт — хорошо… Не я его начинал, не мне его и разбирать.