Да, пожалейте бедную сошедшую с ума дурочку… Возомнившую о себе невесть что…
— Когда в реальной жизни ничего хорошего нет — человек начинает выдумывать себе иллюзорный мир, где он счастлив. Где у него есть любимые, друзья, великие способности… Ведь ты там великая, верно? Крутая какая-нибудь, наверняка…
Да. Там я была крутая. Победительница. А здесь я была никто… Просто Ксюха Малова, у которой не удались ни отношения, ни дружба, ни работа.
Память постепенно раскручивала цепочку воспоминаний всё дальше… И я вдруг вспомнила. Вспомнила одну книгу, которую читала совсем давно… Так давно, что уже и позабыла про неё.
Вспомнила чёрные, как ночь, глаза главного героя… Вспомнила арты в интернете, которые перебирала без конца, сохраняя себе на ноутбук, и перелистывала потом, спасаясь от бессонницы… Вспомнила его силуэт на фоне ночных костров и его призывно протянутую ко мне руку…
И вспомнила свой сон. Где моя же отрубленная голова сказала мне:
— Всё, чего хотят люди — это Любовь, Смерть, Боль и Секс…
Вот и сбылось моё третье пророчество. И, видимо, я сама прекрасно создала себе всё это в своих безумных фантазиях.
— Максим… — отчаянно прошептала я, пытаясь ухватиться за последнюю ниточку надежды. — Максим… Но ведь эти люди… Они же были реальны! Крис… Адемис… Те двое, которых мы с тобой нашли. Они же реальны?
— Я всего лишь искал то, что есть у тебя внутри, Ксюша… — с сожалением проговорил Завьялов. — Возможно, их образы просто совпали… И мы обнаружили более или менее близкие аналоги твоим представлениям о них… Так бывает.
— Но как же… Ты же верил мне… Ты ведь мне верил, Макс? Или нет??? — я уже срывалась на крик.
Молчание. Убивающее. Жестокое. Холодное… Мёртвое.
— Чёртов ублюдок!!! Ты обманул меня!!! А я всё это время думала!.. — я набросилась на него с кулаками, захлёбываясь в словах, цепляясь за воротник его куртки, вырываясь из его рук, когда он обхватил меня ими, пытаясь утихомирить…
А когда устала бороться с ним, то просто упала на колени прямо на мокрую траву, заходясь в рыданиях, оглашая весь лес своим волчьим тоскливым воем… И трясущимися руками хваталась за живот, за грудь, пытаясь вытащить из себя этот ледяной, острый, безжалостный, режущий плоть и душу, багор… Воткнувшийся мне в самое сердце.
***
Я была, как неживая.
Мы ехали обратно в полном молчании. Он пытался заговорить со мной, накормить меня… Я ничего не хотела. Всё, что я хотела — это прекратить свои бессмысленные мучения.
Я забыла, где я остановилась… Несколько минут вглядывалась в вечерний сумрак, силясь понять, куда это он меня привёз… И вырвала свою руку из его ладони, когда он попытался меня удержать.
Зайдя в номер, упала на кровать прямо в обуви и в одежде.
И долго лежала, неподвижно глядя в чёрно-сизое, негостеприимное небо в окне. До тех пор, пока не стемнело окончательно, и я не провалилась в болезненный, рваный, мучительный, неспокойный сон.
Поднявшись посреди ночи, сделала себе кофе… Вышла, чтобы купить пачку сигарет… До четырёх утра сидела на скамейке в парке. Пока не продрогла до самых костей.
Я больше не знала, что мне делать. Моя жизнь была закончена.
Лишь одна мысль пробежала в моём сознании смутной надеждой — и тут же угасла, не имея вариантов продолжения. Если бы мне было хотя бы меньше тридцати… Тогда у меня ещё был бы шанс проверить всю эту историю. Возможно, меня ещё взяли бы на Небеса, если они существуют…
Но в тридцать два года это станет обычным самоубийством.
Ненавидеть Максима не было сил. Осталась лишь боль. Видимо, и Ричарда я себе выдумала… По случайно увиденной в интернете фотографии экстрасенса. И он просто оказался похож… А моё воспалённое безумием воображение состыковало две эти картинки и радостно ухватилось за красивую сказку. Чтобы не терзать себя осознанием собственной ничтожности и неудавшейся жизни.
***
Я вернулась на работу.
Уныло выслушала длинную нотацию Синицыной… Предупреждение, что следующий подобный инцидент станет последним в моей карьерной лестнице этой фирмы… Подписала заявление на «отпуск без содержания»… Вяло отмахнулась от вопросов Наташки… Нацепила на себя искусственную улыбку…
И, как красивый и пустой манекен, снова встала на своё привычное место — рядом с сияющей стеклянной витриной с многозначительной надписью «НОРДАРИК».
94. Пожелай не остаться
Мы с Расаталом парили прямо в воздухе над главным храмом Акрополиса…