Эрреб выпустила из своих огромных лап длинные, острые, смертоносные когти… Пасть широко распахнулась, обнажая опасно блеснувшие клыки… Она летела его убивать! И, похоже, отступать была не намерена.
Я вдруг осознала, что будущее нашего Мира висит на волоске. И сейчас кто-то из них, конечно же, победит… Вот только победа эта будет ценой жизней всех ангелов и демонов.
— Нееееееееет!!! — вырвался, наконец, из моего горла пронзительный крик, и я, собрав все свои силы, взметнулась в полёт — чувствуя, как сразу же, следом за мной, делает такой же чудовищный рывок Расатал.
Но не успела я пролететь и нескольких мгновений, как почувствовала плотную, широкую ленту энергии, которой он перехватил моё тело и мягко, словно резинкой, потянул назад. Я остановилась, не сводя глаз с вцепившихся друг в друга Эрреб и Яхве, и в ту же секунду меня припечатало спиной прямо в грудь Расса, и он быстро обхватил меня руками.
— Не лезь!! — выкрикнул он мне прямо в ухо. — Они не дерутся!
И я, уже начавшая было вырываться из его крепкой хватки, уставилась на силуэты обоих Богов… И в изумлении замерла.
Движения Яхве были так похожи… Так похожи на… На то, что лебедь делал с Ледой. На то, что канадские гуси делали со своими самочками… И на то, что влюблённый мужчина проделывает в спальне со своей женщиной.
Они не дрались… Они трахались.
Любоваться грандиозным зрелищем публичного соития двух Богов нам довелось не дольше нескольких ударов сердца. Я точно не знала, сколько прошло времени — ведь всё происходило как будто замедленно… И мы с Расаталом были первыми, до кого долетела шквальная волна оглушительного треска.
«Они убьют нас всех…» — мелькнула в моём сознании единственная чёткая мысль, и в эту же секунду нас обоих подкинуло вверх, перевернуло в воздухе несколько раз, словно безвольных кукол… Пронизало насквозь раздирающим тело и разум разрядом сухой, безмолвной, ветвящейся по всем нервам, разъедающей их, словно ядовитым песком, молнии…
И последнее, что я увидела в своём неумолимом падении к земле — это метнувшийся ко мне навстречу мужской силуэт с протянутой рукой и распахнутыми во всю ширь иссиня-чёрными крыльями.
***
С судорожным, испуганным, протяжным всхлипом я подскочила на кровати и, пытаясь отдышаться, уставилась невидящим взглядом в темноту. Сердце колотилось, отдаваясь в уши тяжёлым, бухающим пульсом. Я вцепилась скрюченными пальцами в простынь, а перед моими глазами всё ещё прокручивался этот яркий, реалистичный и безумно волнительный сон…
Я будто снова попала в мир Небес.
И уже не понимала, что со мной происходит. Схожу ли я с ума? Или меня просто кидает из одной реальности в другую, словно щепку, влекомую волей волн?
Немного придя в себя, я встала, зажгла свет и трясущимися руками поставила чайник. Мне нужно было немедленно успокоиться — иначе эти галлюцинации запросто уничтожат мой разум, и мне придётся долго и трудно реабилитироваться от этих последствий приёма антидепрессантов… Я и верила, и не верила в то, что видела.
Да, побочка действительно могла быть именно такой… И не было никаких гарантий, что я опять не попаду на приём к психиатру. Лишь бы это не произошло в процессе какой-нибудь окончательной потери адекватности…
И я, пообещав себе собраться с духом и снова сходить к своему лечащему врачу, чтобы попросить выписать мне другой препарат, ещё долго пыхтела электронкой, пытаясь успокоиться… Потом напилась чаю с конфетами, практически не ощущая никакого вкуса, и снова улеглась в постель.
Конечно же, сон не шёл. Я перебирала в уме каждый малейший эпизод, пытаясь понять, как и почему я сама создала себе эту дурацкую иллюзию… Но какое-то тонкое, едва заметное, болтающееся на самом краю осознания ощущение всё никак не давало мне покоя.
Словно я забыла и не могла вспомнить что-то важное.
Я постаралась восстановить в памяти последние мгновения сна. Этот демон… Кто это такой?.. Я не разглядела, как следует, его лица. Лишь крылья — чёрные, с красивым глубоким синеватым отливом. От этой мысли у меня в груди почему-то нарастало непонятное, щемящее чувство — словно от потери чего-то очень дорогого и близкого… Постоянно ускользающего, но такого нужного.
Промучившись так и проворочавшись с боку на бок ещё бог знает, сколько времени, и ничего так толком и не поняв, я с трудом погрузилась в глухое, уже без каких-либо сновидений, бесчувственное забытьё.