Я прикрыла глаза… И вдруг увидела, во что мы превратились.
Вокруг нас был прозрачно-чёрный космос… И весь он был ярко освещён этой мистической птицей, которая щедро изливалась в пространство ослепительно полыхающими всплесками…
Мы — Радужный Феникс… Мы бессмертны… Мы умираем и вновь возрождаемся друг в друге, каждый раз превращаясь во что-то новое, ещё более сильное и прекрасное… Способное созидать и наслаждаться процессом творения… Всё рушить и заново строить…
И мы упиваемся этой свободой, которая дарит нам безграничные возможности — где можно абсолютно всё, где нет никаких запретов и правил, где каждый делает только то, что он хочет…
И имя нашему новому миру — LIBERTAS…
***
— Да погоди ты… Я ещё не до конца ей жопку раскрасил… — раздражённо отпихнул мою руку Радуга, и продолжил сосредоточенно вливать изумрудно-зелёный, с чуть уловимыми жёлтыми переливами, цвет в одну из летающих бестий, которых придумали мы с Пламенем.
— Может, хватит уже?.. — обеспокоенно поинтересовалась я, опасаясь, что у меня скоро в глазах начнёт рябить от того обилия красок, коими он щедро наделял всех новорождённых обитателей нашего общего детища.
— Не учи художника рисовать… — пробормотал он рассеянно, завершая последний штрих, и прямо на наших глазах в воздух вспорхнула целая стайка похожих на колибри ядовитых птиц, одно прикосновение жалоклюва которых было способно завалить насмерть любого, даже самого огромного бабблозавра этой вогнутой планеты.
Мы развлекались по полной — спорили целыми днями, как нам ещё поизвращаться, чтобы сотворить что-то эдакое, что было бы максимально непохоже на то, что было известно нам ранее, и иногда нам это даже удавалось…
У нас даже была таблица результатов, где мы вели учёт — у кого получилось сгенерировать наибольшее количество как можно более шизанутых идей. Пока что лидировал Радуга, а мы с Пламенем только тихо скрипели зубами от зависти, разглядывая его изобретения, среди которых фигурировали такие странности, как питающийся собственным хвостом лентообразный червяк…
Звенящее болото, рождающее каждый раз новую мелодию, в зависимости от того, кто из существ попадал в плен его желейных объятий… И использующая эмоции в качестве топлива, универсальная система подогрева, благодаря которой никому из жителей планеты не было необходимости думать о перелётах в тёплые края.
Впрочем, меня это нисколько не удивляло, учитывая, что в прошлой жизни он был руководителем центра инноваций…
У меня пока что лучше всего получалось создавать наиболее оптимальные структуры для воплощения наших общих задумок — в этом мне не было равных. Я плела молекулярные связи, как шустрая бабушка полосатые носочки для своих любимых внучат. Многочисленные твари, большие и малые, вылетали из-под моих рук, словно листы бумаги из ксерокса — достаточно было лишь уловить общий принцип…
А Пламя уже наделял их искрой жизни. Впрочем, часто он и сам увлекался творчеством, и по небу Ли́бертаса плавали целые косяки живых огоньков, сообразно ритму сна и бодрствования которых на планете наступали либо день, либо ночь…
Наш мир, по сути, представлял собой капсулу. Полностью автономный, закрытый «террариум» в виде замкнутой сферы, где небо было в центре, а земля — по краям. Это избавляло нас от необходимости встраивать нашу планету в космический универсум — мы просто игрались, словно дети в песочнице — ни на кого не влияя, и ни от кого не завися.
Это было здорово… Мы чувствовали себя полноправными хозяевами здесь. Могли создавать, и могли рушить — вся энергия циркулировала внутри, не теряясь, а приобретая всё новые и новые формы, которые взаимодействовали между собой.
Наши творения могли жить, а могли и умирать, но смерти никто не боялся… Все носились по земле и по небу с визгами и писками, наперегонки, развлекаясь тем, кто кого быстрее сожрёт. В итоге побеждал то один вид, то другой… На месте исчезнувшего мы могли создать новый, а могли просто усовершенствовать старый, чтобы он мог просуществовать подольше.
Но это всё была лишь разминка… Да, грандиозная, длительная, сложная… Но всего лишь подготавливающая нас всех к тому ключевому этапу, за которым крылось самое интересное…
Наши собственные воплощения.
Никому из нас не хотелось рождаться в пустоту, и поэтому мы долго и тщательно собирали этот живой конструктор — так, чтобы он стал для нас всех наиболее оптимальным пространством для проживания. Таким, чтобы нам не захотелось из него уходить. Чтобы мы все влюбились в этот мир и решили остаться внутри него навсегда.