Вернувшись в комнату, я взглянула на лежащее на полу зеркало.
«Похоже, придётся тебе ещё пару деньков потерпеть…» — мысленно обратилась я к Ихтиандру. Одна мысль о том, чтобы снова взяться за зеркало, рождала во мне массу неприятных ощущений, от нытья в кисти до противного, сжимающего внутренности, спазма в животе.
К ночи меня навестила Лайза, тихонько постучав в дверь, видимо, думая, что я уже сплю. Мы немного поболтали, я рассказала ей о происшествии во всех красках, специально нагнав жути, как я люблю, во всех подробностях описывая свои ощущения от ломающихся костей и острых кромок стекла, режущего плоть.
Вдоволь насмотревшись на её испуганное лицо, я рассмеялась и легонько хлопнула её по плечу.
— Да ладно, не бери в голову, это мне просто не с кем было поделиться пережитым — ты первая, кто под руку попался. Всё нормально!
Лайза чуточку расслабилась и даже немного похозяйничала у меня на кухне, сделав нам обеим по чашке чая. Еда мне всё равно в горло не лезла — ремедиатор исправно исполнял свою функцию, поставляя телу все нужные вещества.
Ночь я проспала совершенно беспробудно, а утром осторожно размотала бинты, чтобы проверить, как идёт заживление. Пожалуй, после обеда можно будет отмочить и отмыть засохшие ошмётки крови — верхний слой кожи почти полностью восстановился.
Гидеон ещё раз забежал проведать, как я себя чувствую, снова извинялся, но я на него уже совсем не злилась. Всякое бывает, и всякое ещё предстоит, и нет никаких гарантий, что я сама кого-нибудь не покалечу, не сумев справиться с собственной стихией, особенно учитывая то, что происходит со мной сейчас…
Я снова задумчиво уставилась на руку, вспомнив одну из речей Ральфа Оуэна, обращённую к нам по случаю праздника Возрождения, который отмечали здесь примерно с таким же размахом, как и Рождество на Земле, но в день весеннего равноденствия, в конце марта.
— Будьте благодарными за любую боль, за любую неприятность, — говорил он, не спеша окидывая взглядом зал, наполненный студентами и преподавателями. — Всё, что с нами происходит — далеко не случайно, и каждое страдание является платой за сокровище, которое вам суждено обрести позднее.
Он вдруг остановился глазами прямо на мне. Видел ли он меня или просто смотрел в пространство, не замечая отдельного студента в толпе, но я тут же застыла, ощутив охватывающее меня волнение, и затаила дыхание, слушая, как его слова вонзаются в меня, словно стрелы.
— Благодарите за боль. И чем искреннее будет ваша благодарность, тем большую силу вам позволено будет принять в себя.
Мурашки снова побежали по моей спине, совсем как тогда, в колонном зале, и я разлепила непослушные губы, через силу прошептав «благодарю?..», и сама же себе не поверила. Как за это можно благодарить? Кому понадобилось мучить меня, взимая плату за какие-то непонятные эфемерные сокровища, которыми я не могла даже воспользоваться?
Я размышляла, методично расставляя в хронологическом порядке события последних недель, и постепенно приходила к выводу, что не так уж и много я заплатила за то, чем обладала сейчас, если это было именно то, о чём я думаю. Несколько порезов на лице, виртуально обожжённые ноги, одно утро «космического похмелья»… По факту — сущая ерунда, особенно по сравнению с той болью, которую мне пришлось пережить вчера.
Если бы меня заранее предупредили, что мой поток энергии вырастет в сотни раз, и я смогу заполнить своим дневным резервом топаз почти полностью — я, не задумываясь, дала бы согласие на то, чтобы со мной произошло то, что произошло…
И теперь, учитывая масштаб моей нынешней травмы, мне нужно было срочно предпринять меры, чтобы не профукать тот пакет Силы, который, похоже, был уже на пути ко мне, угрожая разнести меня в пух и прах, если я не сумею как следует подготовиться и принять его в полной мере.
Тяжело вздохнув, я поднялась с кровати и подошла к окну. «Ладно, кого там нужно осчастливить моим мелким спасибом?» — проворчала я мысленно и решила направить свою энергию одновременно и вверх, и вниз. Кто его знает, может силы Тьмы тоже мне помогают, ведь я теперь имею к ним самое непосредственное отношение. Хоть это и было не совсем привычно для меня, всегда полагавшей, что моя душа стремится к Свету.
— Благодарю, — скептически выдала я в пространство, прислушиваясь к своим ощущениям. Такое впечатление, что я просто пошлёпала губами и пошевелила языком, совершенно механически сказав это слово.