— Бла-го-да-рю… — снова произнесла я по слогам, пытаясь почувствовать то, что было мне пока недоступно. В животе постепенно нарастала какая-то непонятная тоска, вынуждая моё лицо исказиться в страдальческой гримасе, и я заставляла себя шептать благодарность снова и снова, пока волна не захлестнула полностью грудь и голову, вырвав из моего горла рыдающие звуки, а по щекам не потекли обжигающие слёзы…
Хорошенько проплакавшись, я достала платочек, высморкалась и, немного ещё пошмыгав носом, вдруг ощутила, какая лёгкость установилась внутри. Мне почему-то захотелось петь или танцевать, или делать что-то безрассудное. Я потянулась, встав на цыпочки, и раскинула руки.
— Благодарю! — громко произнесла я в Небеса, и словно вихрь лёгких пёрышек отправился вверх из моей груди.
— Благодарю… — проникновенно прошептала я, сложив ладони лодочкой, в огненную бездну Ада, и мягкое тепло из живота разлилось по ногам, уходя вниз через босые ступни.
Кажется, меня уже не столь волновало, как я буду выглядеть в ресторане, и я, представив критически приподнятую бровь Азраэля при взгляде на мой перчаточный «протез», хихикнула и показала ему язык.
***
Платье я, можно сказать, уже толком и не мерила, постояв несколько минут в ванной и убедившись, что макияж в достаточной степени сочетается с цветом ткани, а причёску и вовсе решила сделать в Центре — всё равно волосы растрепало бы в тоннеле по дороге. Парикмахер уложила их в высокий нежный пучок, оставив у висков тоненькие вьющиеся пряди, и украсила дрожащими веточками мельчайших прозрачных цветов.
Просторный зеркальный лифт поднял меня на второй этаж строгого здания в готическом стиле, и я шагнула в манящий полумрак вечернего ресторана.
Улыбчивая хостес проводила меня за столик, расположенный чуть в стороне, на небольшом возвышении, и с двух сторон отделённый от зала перегородками. Открытая часть ниши выходила прямо на оркестр, и также оставляла возможность наблюдать за залом. Я немного постояла, оглядываясь, и в этот момент увидела Азраэля, который стоял возле музыкантов, что-то обсуждая с ангелессой в обтягивающем золотистом платье с выразительным декольте, которое подчёркивало аппетитную пухлую грудь.
Говорил он с ней, но смотрел при этом на меня. Я повернулась к нему всем телом, чтобы он мог как следует оценить мой наряд, задержалась на несколько секунд, а потом как можно более изящно уселась за стол. Уж не знаю, насколько аутентично у меня это получилось — я никогда не бывала в подобного рода заведениях. Я надеялась, что не слишком опозорюсь, пытаясь разобраться с разносортными столовыми приборами, и, пока мой кавалер решал какие-то вопросы с заказом песен, решила просто оглядеться.
Я бы не сказала, что ресторан выглядел супер роскошно, но сама атмосфера была очень приятной и расслабляющей. Столы и стулья тёмного дерева были заправлены кремовыми скатертями, на каждом столике стояла небольшая прозрачная вазочка с цветами и свечи. Сверху над нами нависал уютный абажур с тёплым светом.
Музыканты играли что-то блюзовое, ухитряясь при этом соблюдать ровно такую громкость, что она почти не заглушала голосов. Мест было мало, и все они были заняты — я не увидела ни одного свободного столика. Отпив воды из бокала, стоящего рядом, я смотрела, как Азраэль зашагал в мою сторону, как всегда безупречный, двигаясь плавными кошачьими шагами.
Шикарный чёрный смокинг с галстуком бордового цвета и такого же цвета платочком выгодно оттеняли его огромные карминовые крылья, а в глазах изредка проскакивали алые искры...
Подойдя совсем близко, он наклонился, мягко взял меня за руку и запечатлел на ней поцелуй. «Ух ты, какие мы сегодня галантные», — попыталась иронизировать я, но сердечко всё равно заколотилось быстрее.
Усевшись напротив, он рассматривал меня долгим взглядом, уделив особое внимание разрезу меж грудей, а мне ничего не оставалось, как смотреть в ответ, ощущая, как знакомый жар начинает согревать низ моего живота. Кажется, я выхлебала полбокала воды, пока выдерживала это молчаливое сражение.
— Какое вино ты любишь? — кажется, он был в благосклонном настроении, и голос его звучал бархатисто и умиротворённо.
Я немного поразмышляла, чего мне хочется сегодня, и пожелала полусухое белое, доверившись его выбору. Мне как-то не хотелось пить красного — уж слишком свежим было воспоминание о минувшей передряге.