— А ты куда себя относишь? — поинтересовалась я.
— Я не знаю, кто я, Кассандра. Я даже не знаю, какой я... Это у вас есть возможность смотреться в зеркала — и я сейчас говорю вовсе не о тех блестящих стёклышках, которые висят в каждом доме, а совсем о других — о бессмертных. Вы видите себя в глазах друг друга, и эти глаза сообщают вам о вас же самих. У меня такой возможности никогда не было. Единственная, в кого я сейчас могу посмотреться — это ты.
— И что ты видишь? — тихо проговорила я.
Кажется, я поставила его в тупик своим вопросом. Он долго молчал, опустив глаза, а потом поднял на меня взгляд и сказал:
— Я пока не готов ответить тебе... Ты можешь спросить меня об этом позже?
Я кивнула, и он вернулся к своему рассказу.
— Зоар — непростая книга.
«Да уж», — хихикнула я мысленно, — «имели мы честь познакомиться с сей экстравагантной персоной...»
— ... непростая книга, и его истории — лишь внешняя оболочка для истинных знаний, которые скрываются внутри него. Чтобы получить к ним доступ — недостаточно их прочесть. Нужно обладать определённого рода силой, которая черпается лишь в тех изысканиях, на которые он сам прямо указывает.
«И обретёшь ты власть над верхней тьмой», — вспомнила я фразу из предисловия сказки. — «Это что, мне теперь месяцами в грядках копаться придётся?»
— Маг, за которым я наблюдал, похоже, освоил большинство из тех способностей, которые описаны в Зоаре, и книга откликалась ему беспрепятственно. Но надо отдать ему должное — я никогда не видел, чтобы он использовал свои знания кому-то во вред. По крайней мере, те энергии, которые рождались в результате его действий, несли в себе очень специфический заряд — они словно выравнивали пространство. Я не знаю, как это объяснить. Я просто это чувствовал. Мне всегда нравилось смотреть, как он работает, и я часто заглядывал в его дом.
— Вот бы его найти... — пробормотала я, и Ихтиандр посмотрел на меня с лёгкой улыбкой.
— Теоретически, это вполне возможно, я могу даже показать тебе его — мне всего лишь нужно принести сюда его зеркало.
Я чуть не подпрыгнула на месте. Вот это шанс! Мне такое даже в голову не приходило...
Ихтиандр отплыл ненадолго, а потом вернулся с большим прямоугольником, в котором было видно... Ничего не было видно. Маг завесил зеркало плотной чёрной тканью, не пропускающей свет, и я ощутила лёгкое разочарование. Впрочем, ничего страшного — рано или поздно он его откроет, и тогда у меня будет возможность что-то разглядеть.
Мы немного помолчали.
— Устала? — спросил он меня.
— И да, и нет... С тобой интересно...
Я чувствовала, как он смотрит на меня. И ответила ему тем же, вновь встретившись с проницательным взглядом его серых глаз. В этот раз он убрал волосы назад, заплетя их в косу, и выглядел более привлекательно. Небольшая прядь падала ему на лоб, и я поймала себя на том, что любуюсь этим, тут же смутившись своим мыслям...
У меня всё время было ощущение, что он прекрасно слышит все мои чувства, и от этого мне становилось ещё более неловко. Словно поняв это, он немного отодвинулся от зеркала.
— Если хочешь, я уйду, — произнёс вдруг он и, не услышав от меня ни «да», ни «нет», подождав немного, уже начал разворачиваться в воде, но в этот момент я всё-таки дозрела.
— Постой...
Он замер. И снова осторожно коснулся меня взглядом.
— Если я спрошу тебя одну вещь, ты обещаешь ответить мне честно?
Он кивнул.
— Ты чувствуешь мои эмоции?..
На несколько мгновений повисла тишина. А потом он так же мягко и спокойно, в своей обычной манере, произнёс:
— Ты действительно хочешь это знать?
После таких слов, в общем-то, ответа уже и не требовалось. Так что дальше я слушала его, уже принимая неизбежное.
— Я чувствую тебя так же хорошо, как самого себя.
Дрожь прошла по моему телу... Получается, всё — вообще всё, что я за время нашего знакомства ощущала, было ему известно?
— Я не так давно заметил за собой это свойство, — продолжил он. — Я не знаю, почему это у меня появилось... Возможно, эта вечность в одиночестве сделала меня таким, и я просто научился разгадывать души бессмертных.
— Кажется, мне нужно время, чтобы это переварить, — сказала я, и он вдруг подплыл совсем близко — так, что я могла разглядеть каждый волосок в его тёмных ресницах.
— Ты можешь не волноваться об этом. Я рад любым твоим чувствам. Какими бы они ни были.
***
«Ох, не светит мне в этой жизни выспаться...» — подумала я, в очередной раз измученно переворачиваясь на подушке и высунув из-под пододеяльника перегретую коленку. Его слова всё не шли из головы. Точно, это водяная темница наложила на него такой отпечаток. Ни один мужчина в здравом уме такого не скажет. Эти слова попахивали безумием. Но сумасшедшим Ихтиандр при этом вовсе не выглядел, скорее даже наоборот...