Чертыхаясь и поминая ангелов во главе с Господом добрым словом, я добралась до места назначения и, закрыв за собой дверь, рухнула в кресло. Яркий свет, заливший помещение, на мгновение заставил меня зажмуриться, а после охватил меня всю, будто я попала в сети огромной паутины. За этим последовала боль, такая сильная и жгучая, что из горла вырвался крик, а я сама забилась в кресле в жалкой попытке укрыться от невыносимой пытки.
Мои кости будто плавились изнутри, отчего хотелось умереть лишь бы больше не испытывать подобной муки, но смерть была бы слишком мягким наказанием для оступившегося ангела, коим считалась я. Когда из горла перестали вырываться крики, и я могла только жалобно скулить, всё прекратилось. Свет померк, железные кандалы, удерживающие мои запястья, исчезли, а я обрела способность двигаться, но предпочла остаться в полулежащем состоянии, боясь не выдержать собственного веса и свалиться на пол. Меня потряхивало, горло саднило от недавних воплей, а по щекам текли слёзы. Дрожащей рукой я откинула с лица чёлку и до крови закусила губу, чтобы подавить рыдания до тех пор, пока не окажусь в своей комнате, где никто не увидит моей слабости. Утерев слёзы рукавом, я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, а после медленно выдохнула.
Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох. Я старалась дышать размеренно, чувствуя, как магия постепенно залечивала мой ослабленный пытками организм. Как бы ангелы не называли подобные сеансы, пользы они точно не приносили. Интересно, существует хоть один ангел, которому реально помог столь варварский процесс очищения, или до меня в эту комнату никто не попадал? Тогда зачем её создали? Не демонов же пытать, для них дорога в Рай навсегда закрыта, даже архангелам не под силу впустить врага в святая святых, пусть и в экспериментальных целях.
За мыслями я не заметила, как в помещение кто-то вошёл, и лишь ощутив на себе пристальный взгляд, опомнилась, подскочив в кресле. В комнате царил полумрак, однако мне хватило проницательности, чтобы догадаться, кто именно почтил меня своим вниманием. Приоткрыв один глаз, я уставилась на Гавриила, одетого в простой костюм и светлую рубашку. Не знай я, что он ангел, решила бы, что передо мной один из офисных клерков, трудящихся за относительно небольшую плату сорок часов в неделю. После работы он ходит с коллегами в бар пропустить по бокалу холодного пива, в то время как его дома ждёт вечно недовольная жена и орущий младенец. От такой жизни можно и застрелиться в сорок пять, поняв, что ничего не добился, а ведь после окончания университета было столько планов… Кажется, я увлеклась, рисуя в воображении картину, как мифическая жена Гавриила лупит его скалкой по затылку. Впрочем, он это заслужил, я бы ещё и от себя добавила, если б могла.
— Ты продолжаешь сопротивляться, Элизия, — сказал Гавриил бесцветным голосом, ворвавшись в мои красочные картины расправы над ним (в мыслях я на пару с его женой упаковывали труп в пластиковый мешок для мусора и закапывали на ближайшем кладбище). — И делаешь хуже только себе.
Раньше я умела распознавать все оттенки безэмоциональности ангелов, но сейчас не понимала, сожалеет ли Гавриил об этом или наоборот возмущён тем фактом, что за столько сеансов мне не удалось очистить душу от влияния Ада.
— Что прикажешь нам с тобой делать?
— Простить и отпустить? — предположила я слегка охрипшим голосом. — Раз уж ваши сеансы не помогают, значит, всё зашло слишком далеко, и мою душу уже не спасти. Дайте мне шанс начать всё сначала, без ангельского влияния.
Гавриил щёлкнул пальцами, и напротив меня появилось кожаное массажное кресло. Да, красиво жить не запретишь, а ещё считается, что ангелам нельзя пользоваться силой в угоду собственным прихотям. Это демоны используют магию наряду с дыханием, считая, что если можно получить всё, что угодно одним движением пальцев, то зачем от этого отказываться? Ангелы же должны применять магию в исключительных ситуациях и только в мирных целях. Нас приучали к аскетизму с первых дней создания, ведь власть развращает, а мрак разрушает душу. Ангел, преступивший черту, не может находиться в Эдеме, потому что может заразить ядом своих собратьев. По древнему закону, если сеансы очищения не помогут, архангелам надлежит либо заключить меня в темницу, либо позволить мне пасть. В первом случае я вечность проведу за решёткой, пока меня не амнистируют (что может произойти через несколько тысяч лет), во втором — погибну без возможности переродиться. Не лучшая перспектива, доложу я вам.