— Ты рассуждаешь не в том направлении, Элизия, — улыбнулась Флорентина, однако её глаза оставались холодными и непроницаемыми. — Мы не вмешиваемся в дела людей, если того не требует ситуация. Смертные должны умирать, а мы обязаны следить за соблюдением правил. Таков древний порядок, который никогда не нарушался.
— Гавриил сказал, что Ад заразил мою душу ядом, а я думаю, что это не так. Раньше у меня не было возможности сравнить, ведь ангелам запрещено контактировать с демонами, теперь же я понимаю, что вся моя жизнь — ложь. Демоны не лучше и не хуже ангелов, но у них есть моральные устои, до которых вам расти и расти.
— Некоторые мысли лучше держать при себе, Элизия, — мягко напомнила Флорентина, но в её серых глазах полыхнула молния. — А теперь займись просьбами, мы и так потеряли много времени на разговоры.
— Может, я хочу разделить их судьбу, — в спину ей проговорила я и села на стул. — Может, я хочу стать одной из падших ангелов. Вы об этом не думали?
Если она о чём-то и думала, то не собиралась обсуждать это со мной. Закусив губу, я взяла в руки первый лист бумаги и углубилась в чтение, попутно думая, что аналогичная работа в Аду мне нравилась больше.
Глава 6 Ребекка
Самое скверное — сомневаться в своём призвании
и в то же время чувствовать, что уже никуда от него не денешься.
(Юрий Слепухин. «Киммерийское лето»)
1
После разговора с матерью я чувствовала себя опустошённой. Кивнув Диаре, я бегом взбежала по ступеням и прислонилась спиной к стене, в попытке отдышаться. Сердце колотилось в груди, а мысль о том, что меня, возможно, всю жизнь обманывали, не добавляла радости. Прежде я безоговорочно верила Велиалу и отцу, когда те говорили, что Лилит опасна и её следует изолировать, теперь же меня терзали сомнения. С одной стороны в памяти ещё свежо воспоминание, как мать едва не прикончила меня, приставив к горлу кинжал, а с другой я понимала, что ей незачем мне лгать. Она и впрямь могла убить любого ангела, если бы знала, что этим снимет проклятие, а не выжидала бы сотню лет, пока её дорожки пересекутся с Эржебет, которые могли и не пересечься. К тому же, по словам отца, подруга не имела великих сил, чтобы её кровь обладала какими-то особыми свойствами. На момент встречи с Лилит Эржи лишилась своих крыльев и ангельских способностей, а посему уж точно была бесполезна для любого магического ритуала. К тому же зачем матери ждать второй встречи, если она вполне могла убить Эржи сразу? Поиграть с жертвой в кошки-мышки? Так это не в её правилах, Лилит всегда действовала импульсивно, не полагаясь на волю случая, да и не могла она быть уверенной, что Эржи согласится на ещё одну встречу. Мать должна была убить девчонку сразу, потому что любой демон поступил бы именно так. Я поступила бы именно так!
Чёрт! Чем больше я думала об этом, тем больше оправдывала мать и сомневалась в брате, хотя не должна была. Велиал ни разу не подвёл меня, чего не скажешь о Лилит. Нет, я должна прежде поговорить с братом, а потом уже делать какие-то выводы. Так будет правильнее.
Поднявшись на верхний уровень, я свернула в боковой коридор, чтобы быстрее добраться до своей спальни. В этой части дворца стража практически отсутствует, поэтому мне удалось обойти практически все посты и не попасться никому на глаза. Почувствовав приближение демонов, я расправила плечи и изобразила на лице полнейшее безразличие. Что-что, а в масках у меня никогда не было недостатка, пусть на Земле я старалась ими не пользоваться.
Мимо прошли двое из личной охраны отца, почтительно отвесив мне полагающиеся поклоны. Я лишь кивнула и быстро скрылась за поворотом, мечтая поскорее оказаться в своей комнате. Слухи в Аду разносятся также стремительно, как и на Земле, поэтому не пройдёт четверти часа, как всем станет известно — дочь Дьявола вернулась в родные пенаты. Моя слава бежит впереди с тех пор, как отец признал меня наряду со своими родными детьми. Представляю радость матери, решившей с моей помощью приблизиться к трону, а после занять место Касикандриэры.