Люциус озадаченно смотрел на этих двоих, нашедших, похоже, общий язык, но ровно до тех пор, пока та самая кисточка не коснулась сначала его собственной шеи, потом груди, а потом и вовсе стоящего колом члена, выводя красивые узоры. Пока дошло дело до ягодиц, обычно сдержанный лорд уже всхрапывал, как породистый жеребец, нетерпеливо переступая длинными ногами, и страстно целовал запрокинутое лицо смеющейся Нарциссы.
Почувствовав спиной алтарный кристалл, женщина еще успела удивиться тому, что он такой… теплый, приятный и совсем нетвердый. Казалось, что на нагретый южным солнцем мелкий песок чья-то заботливая рука накинула тонкую ткань, уложив сверху Нарциссу. Поверхность постоянно меняла форму, подстраиваясь под тело, невесомо лаская нежную, очень чувствительную сейчас кожу.
Вселенная качнулась, увлекая в звездный водоворот, где-то жадно застонал Люциус, будто превратившись в первобытного неандертальца – настолько мощными, вечными были движения его бедер. Он запрокидывал лицо с влажными, блестящими губами и двигался, двигался так, как будто собирался умереть и родиться вновь, слиться, стать частью той звездной Вечности, что раскинулась над ним, за ним, в нем.
Огромный красный дракон, две головы которого были других цветов: одна черна, как ночь, а вторая – светла, как южный полдень, издал низкий рык, и Вселенная, содрогнувшись до самых своих глубин, взорвалась мириадами мелких блестящих искр, будто рождая новые миры. Один из этих огоньков обжег на мгновенье, прячась где-то внутри, согревая теплым светом, присутствием, возможностью невозможного, и тихое эхо хрустального перезвона небесных сфер донесло: «Дракон, Драко».
***
Проснувшись наутро в постели между мессиром и мужем, чьи руки переплелись у нее на животе, Нарцисса счастливо улыбнулась: Драко был с ней, у них получилось.
Она потерлась зачесавшимся носиком о твердую грудь Люциуса и уснула снова. Ей снились бескрайние леса, полные тайн и силы, высокое незнакомое небо, на черном шелке которого ярко сияли сразу две большие Луны, таинственные переплетения лиан и ветвей, по которым можно было идти, как по подвесным мостам, журчание серебристых ручейков, шепот многовековых деревьев. Казалось, она понимала их неспешные беседы о дождях и почвах, об эльфах и небе, о Вечности, которая иногда проходит слишком быстро.
***
Солнечный луч, жарко пощекотав шею, переместился на лицо, заставил поморщиться и отодвинуться дальше, уткнувшись в знакомые темные волосы.
- Нарси, - прошептали рядом. - Просыпайся немедленно, а то я умру от любопытства, уж больно довольное у тебя лицо.
- Еще пять минуточек, Роззи.
- Нууу, - капризно протянула Розалинда. - Уже полдень, между прочим. Нарси!
Нарцисса открыла один голубой глаз, чуть насмешливо фыркнула и улыбнулась:
- У нас будет Драко.
- Получилось?! А разве можно сказать так рано?
- Я его чувствую, Роззи. Вот здесь, - и положила узкую смуглую ладонь подруги себе на голый живот.
Бледная кожа вокруг руки Розалинды налилась ярким красным светом, проступил рунный круг, а Нарцисса прошептала:
- Я так счастлива! Роуз, для меня мир перевернулся! Я поняла, в какой духоте мы живем, как ярок мир вокруг… Ты и сама все поймешь завтра. Вот увидишь, любовь моя.
Сильная, смелая до отчаяния, Розалинда вдруг тихо всхлипнула и, уткнувшись лицом в светлые волосы своей единственной подруги, разрыдалась, судорожно сжимая ее плечи:
- Я так боялась, что после… после Ритуала ты… мы больше не… Нарси, я так люблю тебя, прости за эти сопли.
- Чшшш… даже мессиру никогда не заменить мне мою красавицу, - Нарцисса погладила смоляные пряди и весело добавила: - Я голодна, как беременная драконица.
- Не так уж далеко от истины, - улыбнулась Розалинда сквозь слезы. - Идем? Я только умоюсь.
***
В столовой за длинным столом все было как обычно: Северус читал какой-то пыльный том, Люциус газету, а Балтазар тут же вытер руки и поднялся, стоило дамам отворить дверь и присесть в привычном реверансе. Принцы тоже отложили литературу и рассматривали Нарциссу во все глаза, пока демон осторожно дотрагивался до ее живота.
- У меня выросли рога? - весело поинтересовалась та, и сообщила: - Мы с Драко прекрасно себя чувствуем, мессир. Спасибо.
- С Драко? - переспросил Люциус, выгнув бровь. Он-то знал, как зовут его сына, а вот Нарцисса…
- Да, так его зовут. Я слышала.
Малфой перевел взгляд на Балтазара, но тот, удовлетворившись осмотром, только сказал, скроив загадочное лицо:
- Это волшебство! - и отодвинул для будущей матери стул. - Здоровье в порядке, магия течет ровно, через две недели прибудет Целитель.
- Спасибо, мессир. У вас очень красивый дракон, кстати.
- Благодарю, - подмигнул ей Балтазар, и отказался что-либо пояснять для супругов: - Имеющий глаза, да увидит. Сам.
Присутствующий тут же Сириус, которого всю ночь трясло, как в лихорадке, потому что Нарцисса – урожденная Блэк, невольно задрал голову, глядя куда-то вверх, и хмыкнул.
- Ты тоже видишь, Сири? - поинтересовался Люциус.
- Что именно, Ваше Высочество?
- Какого-то дракона. У Зара есть дракон?
- Нет, принц, у мессира нет дракона, Хайкрэг принадлежит Его Темному Высочеству.
- Не делай вид, что не понимаешь, о чем мы, - прищурился Северус.
- Хватит, - прекратил спор Балтазар. - Всему свое время. Сириус, марш в дуэльный зал. Разминайся, я скоро подойду.