- В квартал красных фонарей? – язвительно поинтересовался Северус. - Нас ты что-то туда не водил, когда мы были подростками.
- Еще чего! – возмутился Балтазар. - Вы мои!
- А они – нет?
- Ну не в этом же смысле!
- А когда они будут чьи-то В ЭТОМ САМОМ смысле, то он, этот кто-то, скажет тебе спасибо, как думаешь?
- Он? – Балтазар иронично изогнул бровь. – Может, она? И вот ЕЙ уж точно должна быть на руку… просвещенность партнера. Я же говорю о ведущей роли. Да и вообще, это не важно, по сути. Все, что было ДО, пусть там и остается.
- Это для тебя не важно, - упрямо возразил Малфой, отстранившись.
- Вы что, до сих пор ревнуете?
- Я говорю не о твоем прошлом, а о своем, - Люциус отвел глаза. - До сих пор помню проверку Оком, там, в Малфой-мэноре, перед заключением Договора. И свой страх, и ощущение грязи, предательства. И стыд перед тобой, и благодарность за то, что прикрыл.
- Какая ерунда, Люций, - Балтазар снова обнял его. - Разве может презренный смертный, даже такой смазливый, как… вот разве может он сравниться с великолепным, страстным, красивым и сильным мной? – он выпустил Малфоя и демонстративно поиграл мышцами груди, чем вызвал у Северуса сдавленное фырканье. - Ревновать к недостойным – значит признавать их равными, конкурентами, достойными внимания. А это, согласись, глупо.
- Соглашусь умом, - кивнул Люциус. - Но вот только Драко с Блейзом может так не повезти, как мне. В общем… им самим решать. В конце концов, нездоровое любопытство тоже вредит здоровью. Но с Блэком я их не отпущу.
- О, ты предлагаешь мне их пасти? – хмыкнул Балтазар. - Отпустишь меня в город греха?
- Если ты не захочешь сохранять нам с Северусом верность, никакая сила в этом мире тебя не заставит. Так что не думаю, что поход в веселый квартал что-то существенно изменит.
Балтазар докурил сигариллу, и окурок в его руках пропал. Заложив руки за голову, он чуть насмешливо посмотрел на Люциуса.
- Хорошо, я с ними прогуляюсь. Как-нибудь. Ужин через полчаса, мне еще надо найти Гарри и Хешшш. Северус, надо организовать перемещение Аурелиуса, Абрахаса и Лилит с Джи на Иссинавалль. Ритуал призыва блуждающей души удобнее проводить там, где вы сможете мне помочь. Описание есть в книге…
- Дракатия, - закончил за него Тхашш. - Каким образом ты написал эту книгу, Зар?
- Временной парадокс. Когда-то, более трехсот лет назад в одном из миров ко мне подошел незнакомец. Я обладаю идеальной памятью, но вот убей – не могу сейчас вспомнить, как он выглядел. Осталось только ощущение силы, какого-то приятного эффекта от магии, резонанса. Он протянул мне книгу и сказал лишь: «Пригодится». Я молча принял ее, прочел и забыл ровно до тех пор, пока ты не стал интересоваться некромантией. Тогда я извлек ее из хранилища и отдал тебе. Ты поделился новой игрушкой с Джи, и это в результате спасло мне жизнь. Вернее, посмертие. Вот этот медальон, - он покрутил в пальцах небольшой золотой кругляшок на длинной цепочке, с которым никогда не расставался, - Джи подарил мне на свадьбу, если помните. Это сильнейший магнит, ответная часть которого находится глубоко под этим поместьем. Благодаря этой безделушке мы нашли путь в эту реальность. Ответка светилась, как маяк, а я чувствовал себя охотничьим крапом, которого неведомая сила волочит за поводок. Вернувшись на этот план из мертвых земель, я не мог сразу прийти сюда, к вам, потому что нужное время еще не настало. Мне было скучно, и я написал ту самую книгу, которую передал самому себе.
- Переместившись в прошлое, - задумчиво произнес Северус. - Лихо. И как ты не путаешься во временах?
- Есть разница между ритуалом, который я использовал, стирая реальность и начиная все сначала, и простым путешествием по уже существующей петле. Встреча в моем прошлом уже состоялась, а, значит, и преступления против законов времени не было.
- Где ты был, Балти? Дракатий рассказывал страшные вещи о Мертвом Чертоге. Неужели это все – правда? - большие темные глаза Северуса заглянули в самое нутро, соврать им было невозможно, а потому демон ответил:
- Правда, и то не вся. Не стоит вам знать, чего мне стоило вернуться. Совесть у меня гибкая и привыкшая ко всему, а вот вам свою отягощать не обязательно.
Он улыбнулся одними губами и, шлепнув Северуса по голой заднице, скомандовал:
- Подъем! Ужин, прием Хешшш в род и переезд на Иссинавалль. Мальчишки там еще не были?
- С этими обормотами ни в чем нельзя быть уверенным, - задумчиво заметил Люциус. - Когда все будут в этой реальности, мне бы хотелось больше узнать о твоих похождениях.
- Я подумаю, - после едва различимой заминки отозвался Балтазар. - Но обещать не могу.
***
- Как думаешь, твой отец любит тебя?
Гарри и Хешшш, накупавшись в большом пруду, лениво вытянулись на прохладной траве под защитным куполом. Август в Шотландии - уже не лето, хотя вода была теплой. Змеедемон некоторое время молчал, свивая и распуская кольца своего чешуйчатого хвоста, а потом осторожно ответил:
- Надеюсь, что нет.
- Почему? - удивился Поттер. - Я вот надеюсь, что когда мои мама и папа проснутся, как обещал мессир, то они будут очень меня любить. И я их. Северус и Люциус, и обе матери…
Змееныш скривился, как от зубной боли:
- Не думаю, что выдержу любовь моего отца. Его супруги привыкли, а мне таких выбросов магии не пережить.
- Что? - Гарри даже сел от удивления. - При чем здесь… - он чуть покраснел, - то, чем мессир занимается ночью… и не только ночью… со своими… с моими… в общем, с ними?
- Ты же сам сказал «любовь», - возразил наг. - Или я не так тебя понял?
- Ты что же подумал, что я интересуюсь, станет ли мессир… с тобой? Мерлин, какой ужас! Я про другую любовь говорю. Как у мамы к сыну, как у меня к братьям, как…