Однако я заставила себя подняться и, выпив крепкий кофе, всё-таки кое-как собраться и мало-мальски успокоится. Может что-то случилось и Джер был вынужден меня оставить и они с малышом сейчас где-то… Где? — твердила упрямая логика. Но надежда есть надежда. Листая телефонную книгу в своем мобильнике, я поняла, что никогда на свете не было такого, Геральда Нильсена. Была только Эмма Нильсен, незамужняя девушка, сирота, выросшая в приюте святой Катарины, учащаяся в художественном колледже и работающая в кафе «У Кэтрин». Меня снова сотрясли рыдания. Ведь логика подсказывала мне, что всё, о чем говорилось высшими существами этого мира в моменты после рождения моего сына, всё сбылось. Нас троих разлучили, и мы больше никогда не увидимся. Они стёрли все материальные следы присутствия демона в моей жизни, но оставили память. Я горько усмехнулась — как же это по-ангельски сделать благость грязными руками.
Утро наступало очень медленно, еле дождавшись условленного часа я нырнула в автомобиль и довольно-таки быстро добралась до места работы. Кэтрин поприветствовала меня, снимая стулья со столешниц и ставя их на пол, сдержанно зевая.
— Ты чего так рано? — удивленно спросила она, смотря на меня.
А я смотрела на хозяйку, внимательно следя за её выражением лица, огладив себя по животу, но лицо Кэтрин не выражало никаких эмоций. В её памяти я никогда не была замужем и никогда не была беременна. Я горько сглотнула и в отчаянии прикусила губу, потому что еще чуть-чуть и расплакалась бы.
— Не спалось, — растерянно пробормотала и принялась помогать хозяйке.
— Кофе пока не остыл, если хочешь, — проговорила женщина и тут же добавила: — Я сейчас вернусь.
— Угу, — коротко проговорила я, продолжая расставлять стулья возле столов и пытаясь не сойти с ума.
Кольцо мне блеснуло холодным светом, и я поняла, что это единственное, что не дает мне свихнуться, моя путеводная звезда, нить Ариадны. Когда кафе открылось и появились первые посетители, мне стало вдвойне не по себе. Словила себя на мысли, что ничего не изменилось в этом мире, кроме того, что сейчас он умер для меня.
Я механически выполняла свою работу и по задумчивой рассеянности положила деньги, предназначенные для оплаты заказа, себе в кармашек передника, считая, что это мои чаевые. Моё действие заметил клиент и громко на всё помещение завопил:
— Эй, хозяйка, тебя твои работники обворовывают.
Кэтрин вышла из-за стойки и быстрым шагом подошла к нам, оборачиваясь на остальных клиентов, которые, казалось, даже дышать перестали, глазами буквально уткнувшись в наши фигуры.
— Что случилось? — проговорила она, стараясь сохранять спокойствие, но её взгляд был гневен и смотрела она на меня.
— Твоя прислуга тебя обворовывает, — зло проговорил клиент, потянувшись к моему переднику, — посмотри её карманы.
Кэтрин выжидающе смотрела на меня. Я сглотнула и вынула все деньги, проговорив, попыталась оправдаться:
— Кэтрин, это получилось на автомате, я не хотела…
— Ага, не хотела она, ну, конечно, — не унимался взвинченный клиент, — а кольцо откуда такое, хозяйка, ты только глянь: откуда у твоих официантов такие кольца?
Я спрятала руку за спину и Кэтрин вновь одарила меня гневным взглядом.
— Это кольцо подарил я, — услышала я мужской голос за спиной, обернувшись, с изумлением увидела Дэвида Тарино, режиссера, который с недавних пор стал частым посетителем кафе.
— Хах, — хохотнул мигом развеселившийся клиент, — не своровала так насосала, — и уже обратившись ко мне, гоготнув, проговорил: — Что ж ты с такими талантами-то и еще не в Голливуде.
Раздалась громкая оплеуха и зал замер. Клиент ошарашенно смотрел на известного режиссера, отвесившего ему пощечину, а я замерла, пытаясь угадать мотивы его поступка.
— Уйди немедленно, — прошипела Кэтрин, глядя прямо мне в глаза. — Ты уволена, а клиент всегда прав.
Я задохнулась от несправедливости и того, что мне, безупречному работнику, ни разу не давшему усомниться в себе, не поверили. Я ушла в подсобку и переоделась. Но выйдя на улицу и глотнув грязный воздух мегаполиса, вся моя уверенность мигом испарилась. Я растерянно оглянулась по сторонам и уже хотела было сделать шаг сама не знаю куда, как меня придержали за локоть. Это был Дэвид Тарино, а я даже забыла его поблагодарить за заступничество.
— Спасибо, — выдавила я и виновато посмотрела на него: — У Вас будут неприятности?
— Бумажный Франклин решает многие вопросы, — проговорил он мне, улыбаясь, а я отметила его бархатный голос с немного каркающими нотами наверху. Это могло бы пугать, если бы не легкая шепелявость, что придавало все его образу некий шарм, шлейфом вокруг развевающий некую загадочность.
— Оу, — только и смогла произнести я немного безучастно, — и Вы все проблемы так решаете?
Дэвид внимательно посмотрел на меня, и я увидела в его глазах неподдельный интерес, не тот, как тогда, когда он звал меня сниматься в его фильме. Более человеческий что ли?
— У Вас что-то случилось? — спросил он, оглядывая меня.
Наверное, я и вправду выглядела не как обычно.Горящий безумный взгляд, дерганные рваные движения и растерянность.
— Вы сочтете меня сумасшедшей, — прошептала я, испуганно глядя ему в глаза.
— А вы попробуйте рассказать, — проговорил он и заложил обе ладони в карманы брюк.
И мы двинулись по шумному проспекту, ища место поспокойнее, остановившись возле небольшой кафешки. Я не знала кому мне можно доверять, понимая, что самое большее, что Тарино может мне сделать это посмеявшись удалиться, никогда обо мне более не вспомнив. И присев за свободный столик, я выпалила ему всё, что знала сама.
— А это кольцо у Вас откуда? — спросил Дэвид вопреки логике и здравому смыслу, оставшись рядом и пытающийся понять меня.
— Это его подарок на помолвку, — тихо проговорила я, понимая, какой эффект на него произвели эти слова. Отстранившись от ситуации и посмотрев на неё глазами Тарино, я бы бежала от меня как можно дальше, ведь я несла бред.
— У меня есть очень хороший знакомый — психоаналитик, он мне помог в свое время…
— Психоаналитик?! — возмущенно вскричала: — Я что похожа на сумасшедшую, — и тут же осеклась. Да, я была похожа на полоумную с моими бреднями про демона в прагматичном мире.
— Психоаналитик помогает с Вашими проблемами, а они связаны с нашими внутренними демонами, как вы выражаетесь, — произнес он, отпивая сладкий раф из кружки. — Хотите знать от чего мне помог специалист?
Знать не хотелось, но из вежливости я утвердительно кивнула головой. Его глаза загорелись и я поняла, что мне предстоит один из тех душных разговоров со случайными знакомцами, которые я не любила.
— Моей страстью всегда были женские ступни, — произнес он, и я, скрестив ноги в голенях, спрятала их под стул. Он задорно улыбнулся: — У вас прелестные маленькие стопы, мне же всегда нравились просто огромные и дошло до того, что я на роль стал брать обладательниц таких ступней независимо от их таланта, перессорившись во всеми сценаристами и продюсерами.