Девушка коснулась одной дощечки, второй. Двинулась вдоль стен.
Женщина прикрыла рукой ребенка, загородила грудью пожилую мать. Ее лицо навсегда застыло в немом ужасе, когда тонкий металл легко прошел сквозь живот. Зал заполонили фигуры в черных мантиях. Под скамьей, на которой только что сидел старичок, расползалась уродливая лужа красная лужа. Белую мантию жреца окропила кровь.
Тьма заклубилась и вырвалась на свободу, укутав уродливые тела. Она шепнула: сюда, сюда.
И Алисия послушалась. Вынырнула из фантазий – или то воспоминания? – и не обманулась: тонкие струйки дымчатого мрака стелились отовсюду, подползая ближе к ее ногам, выстраиваясь в тонкую дорожку, след.
Лоран пробормотал нечто неразборчивое, шокированный картиной. Экхарт выглядел очарованным. И смотрел он не на тени, а на нее. Восхищение в его взгляде сменилось еще одним чувством – сложным и спорным. Тревогой.
– Аля?..
– Вниз, – прервала его девушка, указывая на дальнюю стену, заставленную снятыми холстами и гобеленами.
Воление демона она проигнорировала. Не почувствовала по этому поводу ничего, кроме довольства – ее сила растет, а вместе с ней и уверенность, и возможности, и желание.
Алисия усмехнулась. Она многого добьется, обязательно.
– Тут давно нет прохода… – забормотал темный эльф, приближаясь к стене.
– Разбери хлам. Найди! – отчего-то зло прикрикнул Экхарт.
Сам демон обратился к студентке, аккуратно подходя ближе и протягивая руку:
– Посмотри на меня, Аля. – девушка проигнорировала, продолжая рассматривать то собственные руки, то тени вокруг. – Ты увлеклась.
– Разве? Я вполне себя контролирую. – возразила она, поворачивая голову. Ее обидел скептицизм в чужих глазах. – Между прочим, это моя заслуга, а не ваша!
– Правда. Ты молодец, отлично справилась, – кивнул мужчина, – а теперь дай мне руку.
– Не хочу… – Аля обеспокоенно прижала кисть к груди, отступая на шаг.
– Алисия! Руку! – зарычал Экхарт.
Девушка вздрогнула, моргнула, и вложила ладонь в его. Короткая искра проскочила через их кожу, отразилась в пасмурных глазах Алисии и исчезла. Тьма медленно, нехотя, отступила, вернулась на свои места: в углы и под половицы.
– Нашел! Дар, здесь… – раздался взволнованный оклик Лорана где-то позади.
– Жди. – не оборачиваясь, ответил демон. Внимательно всмотрелся в лицо Али. – В порядке? Вернулась?
Алисия прислушалась к себе, но не нашла ничего необычного, кроме страха. Всего мгновение назад тревог не было, не существовало. Сейчас она словно опустилась с небес на землю – вновь боится, вновь не чувствует себя достаточной.
– Да… – шепнула она, медленно отпуская чужую руку. – В порядке.
Наверное, это можно назвать порядком.
Демон подозрительно прищурился, но кивнул, отходя к своему другу. Алисия последовала за ними. Бросив последний взгляд на черноту позади, она испытала странную непривычную тоску.
– …Старый и ведет глубоко под храм. Даже не представляю, что там может быть, – голос Лорана выдернул ее из спутанных мыслей.
– Придется проверить. Что ты оттуда чувствовала? – повернулся Экхарт.
– Не знаю, – Аля пожала плечами, – просто тянуло. Не так ярко, как на улице. Словно потертый след из хлебных крошек.
– Пойду первым, – вмешался магистр Шанн. Вены его вновь блеснули сиреневой.
Демон кивнул, закатал рукава рубашки – когда он успел избавиться от плаща? – и пропустил Алисию перед собой, замыкая их нестройную колонну.
Проход, который девушка нашла, а темный эльф благополучно раскопал, оказался старым коридором. Судя по всему раньше здесь было складское помещение, но за ненужностью его закрыли, заставили мусором и забыли.
Несколько запыленных пустующих комнат, отделанных прогнившим деревом. И небольшой квадратный люк в одной из них. Увлеченный магистр, казалось, только и успевал накладывать заклинания опознания, тут же ныряя дальше. Вот и сейчас Лоран один уверенным движением дернул за ручку люка. Крышка туго заскрипела, поддалась и подвинулась, открывая взору абсолютно черный лаз и старую лестницу.
Аля шагнула было следом, все еще в смятении и раздрае после испытанного недавно всплеска эмоций. Ее остановило легкое касание Экхарта. Демон придержал ее за предплечье. Мягко, но настойчиво сжал руку, вызывая неожиданно приятные ощущения под кожей.
Над ее ухом раздался тихий голос.