– Знаешь, почему ты сделала то, что сделала? – задал неожиданный вопрос Экхарт, глядя совершенно серьезно.
Девушка с видимой тяжестью вдохнула, сжимая руки.
– Потому что я сумасшедшая маньячка, которая кидается на людей? – горько предположила, отрывая взгляд от собственных коленей и рассматривая бледное лицо рядом.
Демон хмыкнул, но отрицательно мотнул головой. Развернулся так, чтобы видеть пропасть лишь боком, и аккуратно, медленно накрыл ее дрожащую ладонь своей.
– Что ты чувствовала там, в зале? Прежде, чем “кинуться” на Фелицию Аротеллар? – Экхарт ободряюще сжал ее кисть.
Алисия нахмурилась. Прикосновения горячей кожи успокаивали, отгоняли прочь мрачные пугающие мысли. Был и недостаток: хотелось не думать ни о чем, лишь наслаждаться незатейливой лаской.
– Мне было обидно… За ее слова, за этот смех. Потом я начала злиться, но все еще хотела уйти, не планировала устраивать скандал. И дальше… – девушка запнулась, подбирая слова. – Дальше я будто перестала быть собой. Я все понимала, все чувствовала, принимала решения, но… Будто меня поглотила я сама, другая я. Уговаривала не останавливаться, довести дело до конца. Думаю, если бы не вы, я бы убила Фелицию.
Дариан вдруг поднял руку и положил на щеку Алисии, нежно проводя большим пальцем по коже, стирая капли слез. Она и сама не заметила, как глаза стали влажными. Неужели переживания настолько сильно повлияли на разум? Аля вдруг с опаской покосилась на Экхарта. А если..?
– Не беспокойся, твои слезы не почернели. – с насмешкой ответил мужчина, будто прочитав ее мысли. – Зато могу с твердостью сказать, что вы, леди Сибил, полностью в своем уме.
– Это как? – Алисия совсем не весело покосилась на лорда. – Я же сказала, что потеряла контроль над собой. Это не нормально!
– Это нормально, если ты теневик. – сказал, как отрезал, Дариан, вновь принимая серьезный преподавательский вид. – Признаться, эту тему я планировал затронуть еще не скоро. Но обстоятельства, как видно, изменились. Твой потенциал растет не по дням, а по часам, Аля.
Девушка удивленным взглядом проводила демона, вскочившего на ноги и разминающего конечности. Тот театрально похрустел суставами, после чего хлопнул в ладоши. Все балки, преграждающие путь к основной части смотровой площадки, зашевелились, поднимаясь в воздух. Несколько пассов, и деревяшки сложились в учебную парту с небольшой кривой табуреткой рядом.
Экхарт, довольный донельзя, не говоря ни слова, притянул опешившую Алисию к себе, заставляя подняться. Подвел настойчиво сначала к табурету. Хотел было усадить на место, но сжалился, глядя на шаткие ножки мебели. В итоге мужчина удивительно бережно подтолкнул девушку прямо к столешнице.
Аля развернулась, чтобы дать хмурый комментарий.
Они оказались так близко друг к другу, что дышать вдруг стало… опасно. Потому что вместе с прохладным вечерним воздухом, Алисия непременно вдохнула бы краешек опаляющего демонического дыхания.
Дариан и сам удивился. Аля почувствовала, как краска навязчивого смущения достигает щек и ушей. Наверное, ей стоило отстраниться, только делать этого совсем не хотелось. Да и Экхарт не спешил с принятием решений.
Ситуация приняла неожиданный поворот, и организм Алисии перестал справляться с нервами. Поэтому она расслабилась. Решила получать удовольствие. Например, ее рука уверенно легла на широкие плечи, поднялась выше – к ключицам и шее, и дальше, к затылку. Не в силах отказать себе, Алисия погрузилась пальцами в шелк белоснежных волос.
Мужчина прикрыл глаза с тяжелым вздохом, и вдруг как-то совершенно по-кошачьи уткнулся ей в ладонь, следуя за незатейливой лаской.
Настроение, порядком растоптанное инцидентом в столовой, возвращалось в норму. Впрочем, смотря что считать “нормой”.
– Так что там с потенциалом? – с легкой полуулыбкой шепнула ему на ухо Аля.
– Растет, говорю. Удивительным образом. – подмигнул демон, но прокашлялся и отошел подальше, создавая между ними, на взгляд Алисии, слишком уж большую дистанцию. Что ж, сама виновата. – Так вот, эти эмоции создала не ты, а твоя магия.
Аля непонимающе моргнула, вновь опуская взгляд на свои руки. Приподняла, растопырив пальцы, покрутила перед собой. Постаралась разглядеть то самое “нечто”, командующее ей изнутри.
Экхарт продолжил:
– Тень - упрямая наука. Пожалуй, самая неуправляемая из всех. Но если тебе удалось с ней договориться, ты не найдешь друга вернее. И верность эта проявляется в энтузиазме, излишне настойчивом и редко контролируемом.