– Когда я стояла в зале и решала, как поступить, мне казалось, что темнота вокруг призывает к чему-то. Будто предлагает свои услуги, – припомнила девушка, размышляя над сказанным.
– Не предлагает, а буквально всовывает их в твои руки. – демон охотно подтвердил правдивость ее ощущений. – Этому решительно невозможно сопротивляться. Тьма хочет, чтобы ею пользовались. Это не тепличная ворожба, созданная для облегчения быта домохозяек. Она жаждет помочь тебе, да. Но знает лишь один способ: насилие.
– Неужели эта сила существовала столетиями, будучи настолько опасной? Как-то не верится…
– Теневые маги стали историей, именно по этой причине. Тьма поглотила, сломила их волю, поработила их умы, сохранив лишь одно – желание большего. Всегда и во всем, представляешь? Большинство теневиков встретило незавидную смерть в погоне за силой, которую им обещала темная сторона.
– Разве плохо иметь амбиции? – в вопросе скользнул скепсис.
Демон хохотнул:
– Амбиции? Милая леди, речь не об амбициях, не о простом “хочу быть большим и сильным”! Мы говорим о столь мощном желании, которое убивает всякое человеческое ради достижения цели. Как сегодня: ты разозлилась, захотела отомстить Фелиции, а твоя тень решила подтолкнуть тебя… к более радикальным мерам. К убийству, например.
Она хотела бы оспорить слова Дариана. Хотела не поверить ему, но не смогла – нутром чувствовала правоту. Все, что демон описывал, действительно совпадало с ее ощущениями.
– И что мне делать? – несмотря на поставленный с надеждой вопрос, в голосе отчетливо слышалась обреченность.
– Во-первых, отставить отчаяние. – Дариан пощелкал пальцами перед девичьим лицом, заставляя девушку сконцентрироваться. – Во-вторых, будем учиться бороться с навязчивым желанием откручивать каждой неприятной особе голову!
– Вы сказали: это нельзя контролировать, – хмурый взгляд исподлобья и косая улыбка.
Экхарт подался вперед, нависая над студенткой. Его дыхание на миг опалило кожу, и Аля прикрыла глаза в томящем ожидании неизвестного. Легкий поцелуй коснулся, тем не менее, вовсе не приоткрытых губ – макушки. Демон чмокнул ее куда-то в волосы.
– Правда? Я так сказал? – театрально задумался мужчина. А затем вдруг выдал. – Хочу познакомиться с твоей семьей.
Алисия зависла после такой просьбы. С какой “твоей” семьей? Нет у нее семьи, разве же он не знает? Сам ведь помогал бежать, сверкая пятками, от Трессы и Савроса.
– Это какая-то хитрая издевка? – девушка недовольно поджала губы, двигаясь от лорда подальше.
– Не слишком хитрая, раз ты меня раскусила! – развел руками мужчина. – На самом деле речь вновь о твоей магии. Я был склонен верить словам о загадочном появлении теневых способностей… До этого дня. Такой резерв мог проявиться только у обладающего “богатой” наследственностью, либо…
– Либо?
– Второй вариант просто невероятен, не буду даже говорить. – отмахнулся лорд, но пояснил, видя любопытствующий взгляд. – Есть причины, по которым это невозможно. Так или иначе, Саврос точно не может быть теневиком, я уверен. Зато твоя биологическая родительница…
– Допустим, но, – Аля тоскливо хмыкула, – вы наверняка должны помнить историю появления из ниоткуда таинственной дочурки лорда Сибила?
– Саврос притащил ребенка, представил перед всем аристократическим светом и обрисовал ситуацию так: он спас несчастную девочку из лап ее бедной матери-проститутки, которая не могла позаботиться о собственной дочери, – с задержкой, но все же вспомнил Экхарт.
Да, эту сказку она слышала множество раз.
– Почти. – с пустотой в голосе ответила Алисия. – Только вот он вовсе не совершил акт спасения. Он украл ребенка, не оставив шанса даже попрощаться.
Дариан молчал. Он не выглядел крайне удивленным, хотя слова о реальности, с которой столкнулась Аля, определенно произвели впечатление. Она не заметила полного беспокойства взгляда, на глубине которого плеснула затаенная злоба.
В голове замелькали воспоминания.
Ей шесть, она катается на старенькой лошади охотника, а мама стоит в сторонке, своими серыми глазами наблюдает за успехами дочери. О чем-то переговаривается с женщиной-соседкой, выдыхает изо рта ядовитый сигаретный дым.
Ей восемь, они с матерью, молодой и очень красивой, играют. Мать подбрасывает несколько деревянных кубиков со странными символами в воздух, пока не приземлится определенная комбинация. Затем Алисия повторяет все то же самое. У матери тоскливый взгляд, но она улыбается и смеется, и девочка думает, что счастливее них никого нет.