– Ты знал, – она не спрашивала, утверждала, – с самого начала.
Врать не было никакого смысла.
– Знал. – покорно признался дух. – С самого начала. Поверь, ты…
– Нет. – перебила его Аля, сама не осознавая, кому отказывает.
Другу – в разговоре, в доверии? Или себе – в будущем, на которое она возлагала большие планы?
В серых глазах, которыми Аля посмотрела теперь на злосчастный медный медальон, разлилась река разочарования. Потопила все теплые искры надежд и стремлений.
– Как же ты мог, Тень? – не зная, куда себя деть, схватилась дрожащими пальцами за край стола. Оперлась, прижимая ладонь к груди. Там, где билось сердце и где плескалась темнота.
– Я злился на свое решение долго, Аль. Сильно. Но еще сильнее я бы ненавидел себя, если бы рассказал. Ты не помнишь, но…
– Ты не понимаешь!
– Ты была маленькой, потерянной, нелюбимой никем, Альчонок. Ты пряталась по углам, не могла засыпать без света, дергалась от каждого шороха. И при этом старалась быть идеальной, помнишь?
Она помнила.
Незадолго до того, как Тресса появилась в ее – их – жизни, Алисия грезила настоящей семьей. Думала, мечтала, что отцу не будет все равно. Он забрал ее, потому что заботился, верно? Потому что хотел ребенка, хотел ее – Алисию.
И Аля изо всех сил старалась доказать свою надобность.
– Твое хрупкое сердце разбилось, когда поняло, что его любви недостаточно для двоих. Что отец никогда не полюбит в ответ.
– И меня никогда не будет достаточно…
– Магия стала твоей гордостью. Твоей индивидуальностью, Альчонок. Осуществленной мечтой, которую я не посмел отнять.
– Она мне не принадлежит! Я украла чужую силу и гордилась ей все эти годы, черт возьми! – Аля сорвалась на крик, в бессильной злобе сжимая и разжимая кулаки до кровавых следов. – Ведь на самом деле у меня нет ничего своего.
– Милая, это не так, – попытался вмешаться Тень.
– Это так! Никакая я не “особенная” и не талантливая! Боги, я ведь купилась на сказку Экхарта о своих силах, о потенциале. Действительно поверила на секундочку, что могу стать чем-то большим! – крик вдруг потух, а сама Алисия замерла, потрясенная внезапным осознанием. – Дариан… ничего не знает. Получается, я обманывала его все это время.
– Нет, Аля, нет.
– Я должна с ним поговорить. Объясниться как-то… У меня нет никакого права быть в этих стенах, – она подскочила с места, вся дрожа от напряжения.
– Ты не понимаешь…
Алисия обернулась, закричала в ответ, разрывая горло:
– Это ты ничерта не понимаешь, Тень!
Мебель покачнулась от силовой волны. По рукам Алисии заструились размытые черные потоки, складывающиеся в лианы, в корни. Они поползли по полу, по стенам и потолку, поглощая весь свет на своем пути.
Дух, повисший у окна, отшатнулся. Его тонкий контур подсветили последние лучи закатного солнца, и Алисия заставила себя остановиться. Сжала ладони в кулаки, и непроглядный туман в один миг исчез. Растворился в тенях.
– Так уж получилось, Тень, что он сейчас единственный, кого я хочу видеть, – опустив голову, отрезала Аля.
Серые волосы удачно закрыли влажные глаза, когда она развернулась к двери и выскочила, бросив только:
– Мне надо подумать. Поговорим позже.
Алисия не увидела, как задрожал в воздухе проклятый дух. Не почувствовала, с какой ненавистью он посмотрел на медную ракушку, словно пытаясь расплавить ту одним своим взглядом.
Глава 18.
Глава 18.
– Ты в моей гостиной.
Хозяин не заставил долго ждать. Появился в арочном проходе, облокотился на стену, оценивающе разглядывая неожиданную гостью. Взъерошенную, тяжело дышащую и полную какой-то отчаянной решимости.Дариан возвышался над ней в одних домашних брюках, с влажными после ванной торсом и волосами.
Замечала ли она раньше, что он красив? Конечно. Впервые это действительно отвлекало.
– Леди Сибил, зачем ты здесь? – попытался улыбнуться Экхарт, однако беспокойство поселилось в его взгляде.
Ей стоило бы проглотить глупые эмоции, взять себя в руки и рассказать всю правду. О себе, о Тени, о магии, о нем. Только Аля испугалась.
– Зачем? – спутанно повторила вопрос.
Демон подошел на пару шагов. Коснулся ее плеча, заглянул в лицо, проницательный, как и всегда.