Как мы будем пробираться через заросли леса с лошадьми я даже не представляю. Единственную нормальную тропинку Риан проигнорировал. Видимо, не поверив мне на слово, что до оврага, который виднеется в дали, мы не дойдём, попав в воронку и оказавшись уже по ту его сторону. А на моё возражение, что, мол, это единственный возможный путь через лес, он вообще ни как не отреагировал, объехав тропинку стороной. И теперь мы, спешившись (лошади напрочь отказались выполнять команды свихнувшихся хозяев и лезть в дебри) пытались пробраться через непролазную чащу, таща за собой упирающихся животных. Получалось это у нас плохо. К тому же точной карты всех пространственных переходов никому составить не удалось. И предугадать где ты окажешься, сделав ещё шаг невозможно.
Отчаявшись, стражи попросили меня создать телепорт. В ответ, на что получили возмущённый взгляд и категорический отказ с красочным описанием того, что с нами будет, если в сетке природных пространственных воронок создать ещё одну. Мужчины видимо впечатлялись, приуныли и предложили сделать привал.
– И всё-таки я не понимаю, – возмущалась я, собирая хворост для костра, – почему нельзя было ехать по дороге, к вечеру мы были бы уже на той стороне леса.
– По этой дороге ездит много торговых обозов…
– И какая этим самым обозам разница кто едет им на встречу!?
– …и очень часто, – Арион невозмутимо продолжил, хотя было видно, ему не понравилось, что его перебили,– торговцы нанимают к себе в охрану стражей, а ты, точнее мы, уже наверняка объявлены в розыск…
Я виновато потупилась. Об этом действительно можно было догадаться и самостоятельно.
Глава 5
К вечеру следующего дня мы наконец выбрались из леса. В количестве двух уставших человек, одного злющего демона и двух до смерти перепуганных лошадей. Моя, купленная в деревне, ночью умудрилась сбежать и свалиться в овраг, где её благополучно съели. Как она вообще смогла пролезть через заросли, окружавшие тот самый овраг, уму непостижимо, но факт остаётся фактом. Лошади у меня опять нет. И теперь я вновь ехала с Арионом, чему мы оба были абсолютно не рады.
Перед нами расстилалась огромная равнина. На горизонте были видны шпили башней школы магов. Я приободрилась. Наконец-то, можно не бояться быть пойманной и не шарахаться от каждого шороха (дурацкие амулеты полностью блокировали мои способности, а врожденные демонические боевыми назвать язык не поворачивается, только если смертельными). Хотя нельзя быть уверенной на все сто процентов в своей безопасности, особенно если моя догадка верна…
– Яра, а что тебя вообще понесло в этот лес? – в голосе Ариона одновременно звучали интерес и негодование. Риан тоже заинтересованно приподнял голову.
– Я писала диссертацию для получения степени магистра, по пространственным воронкам, а Граничный лес – это их самое распространённое место расположения.
– Ты же могла взять с собой кого-нибудь ещё, почему решила пойти туда одна?
– Кого? Маги ровесники не будут со мной мотаться по лесу, у них и своих забот полно. Взять адепта, за которым нужно тщательно следить, что бы он не влез куда-нибудь? Или пару стражников, которые похуже адептов? Те имеют хоть какое-нибудь представление о том, что вообще такое пространственная воронка. Нет уж, увольте. Лучше одной.
Арион не стал меня переубеждать. Всё остальное время мы ехали молча.
На ночлег остановились в чистом поле (больше вариантов не было, до леса не меньше половины дневного перегона). Из-за пространственных воронок мы очень далеко ушли от главной дороги, что ни капельки не огорчило моих спутников, даже наоборот, мол, так меньше вероятность попасться кому-нибудь на глаза.
Мы провели в безумной скачке ещё день после того, как выбрались из леса, не прерываясь на привалы или даже короткие перекусы. Сбавили темп только на следующий день, когда опасность погони (если она и осмелилась тащиться на территорию чужого государства) точно миновала – хорошо просматриваемый горизонт степи быль чист, и только башни школы говорили о том, что эти места обитаемы. К тому же, ни люди, ни лошади не выдержали бы дольше в таком темпе. Я не отношусь ни к первым, ни ко вторым, но тоже не стала возражать против отдыха.