Уже представив сладкий вкус предстоящего веселья, и, почувствовав лёгкий аромат свободы, я уловила гулкие шаги в дальнем конце коридора. Разговоры за дверью мгновенно стихли. Я тоже притаилась, полностью обратившись в слух. Даже дышать перестала, но вовремя опомнилась.
– Как пленница? – строго вопросил пришедший.
– Пока спокойно, попыток сбежать не предпринимала, – ответил мой стражник.
– Отлично. Открывайте!
– Это ещё зачем? – против своей воли спросил страж, не в силах мне противиться.
– К начальнику тюрьмы велено её отвести.
– Зачем? – продолжил упорствовать охранник.
– А я почем знаю? – раздражённо перебил пришедший. – Мне отдали приказ, я его выполняю. Может экзотики ему захотелось, – пошло ухмыляясь, закончил он.
Щёлкнул замок, заскрипели петли открываемой двери. В камеру вошёл высокий, темноволосый мужчина. Отцепив оковы от вбитого в пол колышка, он подхватил меня под локоть и повёл прочь.
Глава 1
Идти было безумно неудобно, особенно пытаться успевать за стражем. Оковы не позволяли сделать мне нормальный шаг, и я семенила как стреноженная, постоянно спотыкаясь. И, если бы пальцы мужчины не сжимали так крепко мою руку, я уже не раз распласталась бы на каменном полу.
Мы шли по длинному, довольно узкому коридору, по обе стороны мелькали такие же металлические двери, но стражников больше нигде не было. Между дверьми в металлических кольцах висели факелы. Лично мне подобное освещение только мешало. Тени от них сгущались в непроглядный, довольно жуткий мрак.
Тюрьма казалась мне пустынным лабиринтом, потому как от количества поворотов и абсолютно одинаковых коридоров у меня уже начинала болеть голова. О каком побеге может идти речь, если я уже не помню, откуда мы пришли, а свежим воздухом веет здесь повсюду: из многочисленных трещин в каменной кладке. И самое странное – за пройденный путь мы не встретили ни души, хотя мой слух улавливал шаги патруля в соседних коридорах и жалобные стоны заключённых. Но ни разу с этими патрулями мы не столкнулись. Лишь один раз мельком я успела убедиться в наличии заключённых, мы как раз проходили мимо коридора с решётчатыми камерами. И внешность одного из них показалась мне подозрительно знакомой.
И вот, наконец, свернув в очередной коридор, мы натолкнулись на стража. Для разнообразия этот экземпляр надел поверх кольчуги куртку, а не доспехи. Сопровождавший меня мужчина резко остановился. У меня так хорошо не получилось и, по инерции, я пролетела вред ещё на пару шагов. Угодив аккурат в объятия нового действующего лица. Впрочем, он не стал злоупотреблять сложившимся положение и, поставив меня на ноги отпустил.
– Куда ты её? – строго спросил он.
– Так это... – растерялся стражник, – велено же привести к...
– К начальнику тюрьмы, я понял. Хорошо, ты можешь быть свободен. Дальше я сам.
– Есть! – И развернувшись, удалился в обратном направлении.
Я настороженно уставилась на мужчину. Конечно, можно попытаться сбежать. Но далеко ли я убегу стреноженная? Поэтому просто стою, смотрю и жду продолжения событий.
– Идем, – дождавшись, когда стражник скроется за одним из поворотов, мужчина подхватил меня под руку и потащил в противоположном направлении.
Попытался потащить. В последний момент я вырвала руку из хватки стража.
– И как это понимать? – грубо поинтересовался он.
– Куда меня ведут? – вопросом на вопрос и поднятой бровью на поднятую бровь ответила я.
– Ты сейчас не в том положении, чтобы задавать вопросы.
– Вы не имеете права судить меня. Я являюсь жителем другой страны. Я не нарушала ваших законов и даже не пересекала границу вашего государства.
– Вот об этом я и хотел с тобой поговорить. А для подобных разговоров нужна комната поуютнее. Идём уже. Не хочу привлекать внимание, стоя посреди коридора и ведя светские беседы с заключённой. Стоит найти более подходящее место.
– И что же, по-вашему, больше подходит для светских бесед с заключёнными? Комнаты дознания или может сразу пыточная? Что из этого для вас «поуютнее»?
– Нет, с привлекательными девушками я предпочитаю общаться вне стен родной работы. Там, где вкусно кормят, есть мягкие диванчики, и нет лишних ушей.