Звон оборвался в моих руках, я рассмеялся, размашисто пуская клинок по головам. Он застревал в костях, словно не был уверен в собственной силе, и я выдергивал его, снова окропляя лезвие содержимым людей.
Их тела настолько нежны, какова же кровь на вкус?
Они все даже не пытались. Люди пришли остановить демона, вошедшего на ночь к ним в дом, и при этом руки их оказываются связаны страхом и болью. Чего же стоят тогда их молитвы?
Почему они настолько слабы, если чувства их так велики?
Мои ошибки поощрялись, мои удачи возносились, лезвию не нужна была цель, меч находил свою жертву, как бы она ни пряталась, как бы она ни защищалась. Дрожащие руки не могли удержать топоры и косы, вилы трещали, серпы со звоном вылетали из ослабевших пальцев. Я прорезал дорогу через людей, пытавшихся стать воинами. Все больше и больше, все меньше и меньше…
Улица. Она встречает меня свежестью ночной тишины. Дуновения ветра ласкают окровавленное лезвие моего меча. Последний мужчина, нашедший в себе решимость, упал позади меня. Я отер лицо. Передо мной стояли те, кто дал зарок не пустить меня дальше любой ценой. Я окинул взглядом женщин, стоящих передо мной с охотничьими арбалетами. У каждой из них заряжено всего лишь по одному болту, но я был уверен, что этого достаточно.
— Джордан, что ты делаешь? — тревожно зазвенела Тласолтеотль.
Мои пальцы разжались. Меч упал, ударившись оземь. Я развел руки. Внутри клокотало странное отчаяние. Я чувствовал, как меня тошнит. Чужая кровь обжигала мою кожу, печальной росой напоминая о содеянном.
— Ну же! — крикнул я. — Стреляйте! Цельтесь мне в сердце!
Пожалуйста…
Их глаза слезились, плечи предательски дрожали, но я видел, что пальцы на спусковых рычагах лежат твердо. Это поселило во мне надежду.
Не мешкайте. Прошу.
Женщины продолжали стоять. Их арбалеты были направлены на меня. Я все стоял, ожидая, когда хоть кто-то отправит в меня тяжелый арбалетный болт. Время тянулось бесконечно долго. Я почувствовал, что хочу поднять меч, я слышал отчаянный звон Тласолтеотль, я чувствовал жар, охвативший ее.
— Джордан, ты обещал! Ты обещал мне! — кричала она.
Я рухнул на колени и вскинул взгляд в небо.
— Стреляйте, быстрее! — изо всех сил закричал я. — Прошу, выстрелите!
— Убей их! Убей этих сучек! Не смей умирать! — визжала богиня, вздрагивая всем клинком.
Умоляю, сделайте это… если не сейчас, то я больше не остановлюсь…
Я разрывался. Я не мог сопротивляться своему желанию умереть, но внутри меня что-то отчаянно шептало: «Я хочу жить». Я почти не слышал этого голоса, но я знал, что он есть. Не может не быть. Что заставляет мои пальцы дрожать? Почему я хочу почувствовать вес меча в ладонях? Почему мои раны болят так искренне?
— Господи! Сохрани, помилуй, спаси их, охранявших землю твою, осени во тьме ночной воинов и огради их Крестом Твоим от вражьих сил! — я порывисто перекрестился. — Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа! Выстрелите в меня, убейте меня! Очистите от меня землю свою, упасите детей своих и сердца свои!
Мои ладони хлопнули, складываясь; я наклонился к земле, напрягшись всем телом, чтобы побороть дрожь, а потом вновь разогнулся.
— Стреляйте же… — прошептал я. — Сделайте это.
— Тебя тоже убить?..
— Если можно.
Я закрыл глаза. Тетива треснула. Болт вонзился в мое тело, и я сцепил зубы, пытаясь заглушить крик боли.
Дождись… дай им шанс.
Мои руки опустились сами по себе, я ощутил рукоять меча.
Не вставай, пожалуйста.
— Ну же… убейте… — зашептал я, поднимаясь на ноги.
Не противься им, это твой последний шанс.
Мое тело меня не слушалось. Я не мог его контролировать. Как бы я ни старался, ноги двигались вперед, а руки дрожали, желая ощутить силу взмаха.
Пытаюсь ли я?
Сердце с натугой рвалось в груди, я чувствовал, как его нити трепещут в моих конечностях. Арбалеты разряжались, но я понимал, что смерть все так же далека. Боль обжигала тело, но я не чувствовал ничего похожего на смирение.
Неужели я снова уйду из дома, в котором меня ждет смерть? Неужели меня снова отпустят?
Я вскинул меч. Лезвие яростно свистнуло. Тьму прорезал звонкий крик. Тласолтеотль завизжала, наслаждаясь холодом ночного воздуха.
— Да, Джордан! Закончи это!..
В какой момент это вышло из-под контроля?
Почему лезвие движется так быстро?
Мои глаза не в силах смотреть, и все же…
— Когда твоя мать не смогла больше бежать, ей пришлось повиснуть на волосах, ее ноги сбивались в кровь, пока твой отец глотал пыль вперемешку с камнями…