— Ты монстр… — эльфка подняла заплаканные глаза к Некрос. — Откуда ты ведаешь все это? Кто тебе рассказал?
Демоница некоторое время смотрела на длинноухую девушку, а потом расхохоталась.
— Я годами вскрывала мозги таких как вы, лесных уродов! Изучала каждую вашу клетку, каждый кусочек плоти. Думаешь, я могу только мечом махать? Сталь бесполезна, если нет знаний. Поэтому вам меня никогда не обмануть. Все, что я хочу сейчас, — информацию от тебя. Мне лень ковыряться в твоих извилинах. Говори. Пока терпение не иссякло.
Эльфка уткнулась лицом в ладони. Ее худые, искривленные кости тряслись под наплывом новых рыданий. Некрос некоторое время стояла, ожидая, пока истерика утихнет. Считая вдохи, демоница в какой-то момент закатила глаза. Замахнулась мечом и почти ударила, но эльфийка вскинула руки.
— Стой! — перепачканное слезами лицо сияло испугом. — Он… в Садах. Аргардских Садах. У эльфов. Выглядит как человек, но у него тоже два сердца. И… все остальное, как у нас… Ему где-то три или четыре года.
— Прекрасно.
Лезвие рассекло воздух. Кровь потоком хлынула из шеи, заливая ковер мелких травинок, росших в земляном полу. Эльфка захрипела, ухватилась руками за рану, пытаясь зажать ее. Получилось.
Некрос скривилась и вновь ударила. Клинок просвистел. Тонкие кисти упали к коленам длинноухой. Тело содрогнулось, но смертельная рана не позволила агонии продлиться.
— Чертовы эльфы… — выдохнула демоница.
***
Дома Аргардских Садов казались издалека одним сплошным строением с множеством окон, дверей и лестниц. Лишь подойдя ближе можно было увидеть, что это все — хижинки, разделенные ветвями. Точно не было известно, растет ли под Аргардом одно дерево или же целый лес: там никто не бывал, кроме некоторых эльфов. Впрочем, подобные подробности Некрос никогда не интересовали.
Они ждали демоницу. Жители выстроились в ряды, демонстрируя свои кривые тела; кожу, на которой местами росла кора; уши, у кого-то загнутые в спираль, а у кого-то — ровные и тонкие, как стрелы. Их глаза были разными, но все они несли одинаковый отпечаток волшбы. Эльфы были одной из немногих рас, которые обладали собственной магией, пусть и практически бесполезной против других существ. Их зрачки напоминали порванные бутоны цветов — разных, но во многом похожих.
— Некрос, — сухо обратился старейшина.
— Да, уродец. Это я, — демоница держала меч на плече, крепко ухватив его за красную рукоять. — Разойдитесь. Мне нужен только ребенок, а вас убью как-нибудь потом.
— Мы знаем твою давнюю ненависть к нашему народу, но все же просим: оставь ребенка в покое. Не нужно учинять так много зла.
— При чем здесь «нужно»? Мне хочется. Вот и все.
— Тебя не пугает даже ненависть других демонов?
— Кого-кого? — Некрос склонила голову к плечу. — Ты совсем дурной? Моим собратьям плевать на меня. Как и мне на них. Отойди, старик, пока я не пустила меч по твоим пустым костям.
— Пожалуйста, оставь нас в покое. Ребенок останется в нашей деревне и будет воспитываться как один из нас. Он не попадет к людям, тем более — к христианам.
— Ты меня раздражаешь, — демоница скривила рот. — Может, забыл, но он наполовину человек. А люди всегда стремятся к своим, даже если для этого нужно пройти тысячи дорог, миллионы гор и миллиарды океанов. Ты можешь воспитывать его хоть пятьдесят лет, но как только он узнает, что наполовину человек — пойдет к людям. Ближайшие поселения принадлежат Христу. А там он станет врагом всему нечеловеческому. Даже вам.
— Он не узнает, — спокойно ответил старейшина деревни.
— Мне сказали, что выглядит ребенок как человек. Значит, узнает. Когда-нибудь увидит свое отражение. И вы не сможете держать в тайне его природу.
— Некрос, прошу… дай нам шанс.
— Шансы нужны только слабакам и глупцам. Ни те, ни другие у меня не в почете. Если бы я была в вас уверена — оставила бы все как есть. Но вы всего лишь эльфы, один из глупейших народов в этом мире. Нет вам доверия. Ни от меня, ни от кого-либо еще.
— Мы знаем больше тебя.
— Поэтому смотрите сверху вниз и не видите, что творится над вашими головами. Это ли не глупость — разглядывать червей? Я смотрю только вверх, и там я вижу вашу смерть.
Лезвие вошло в грудь старику. Его полые кости захрустели, с легкостью ломаясь на осколки. Кровь потекла по коре на его коже, каплями падая на землю. Эльф смотрел на Некрос спокойно.
— Как знаешь. Но перед смертью — проклинаю тебя.
Клинок проник глубже. Демоница яростно провернула двуручник в груди. Эльфы подняли руки вверх.