— Меня бесит вода, — мне пришлось напомнить об этом и схватить руку с комком снега, чтобы не получить порцию жидкости в лицо. — Ты разобрался с таверной?
— «Чертик». Она недалеко и там довольно дешево, — весело отозвался Ян.
— «Чертик»! Отпусти…
— Замечательно. Веди.
В глазах юноши был хаос. Расширенные зрачки смотрели то на меня, то на землю, то куда-то в сторону; за твердыми движениями и тяжелым шагом скрывалась шаткость и недостаточная точность.
— Ты напился, — сухо прокомментировал я, выходя вместе с Яном на улицу.
— Что? Да я пош… ти не пьян.
«Чертик» внешне выглядел достаточно опрятно, хотя крепежи на вывеске нуждались в замене: металл покрылся ржавчиной.
Ключ лег в мою ладонь, Ян сел за стол к какой-то компании людей. У стойки были препирательства.
— Крыша протекает! Слышите? Спать не возможно, прямо на кровать течет!
Бросив взгляд на недовольного постояльца, вынуждающего трактирщика изъясняться, я остановил взгляд на ножнах.
«Святые буквы, что обагрились кровью Иуды».
Я хорошо помнил эти слова. Они были выгравированы на клинке меча, который я так хотел вновь взять в руку.
— Сейчас нанять никого не выйдет, в городе траур! — рявкнул хозяин заведения. — Крестную мать выкрали, уже несколько дней найти не могут, еще и какой-то псих с боем прорвался в город! Никто в здравом уме сейчас не пойдет крыши чинить в харчевнях. Сидят по домам, суки, не рыпаются… Не нравится комната — плати за другую. Либо ушивайся прочь, скотина!
Толкнув дверь, я скользнул в коридор, ведущий к комнатам. Отперев одну из них, я с удовлетворением увидел Тласолтеотль, лежащую на кровати. Ее длинное лезвие блестело в сумраке свечей. Хоть я и просил Яна спрятать меч, это сделать у него, видимо, не вышло. Оно и понятно: комнатка была убогая, ни ванны, ни мебели хорошей. Только шаткий стол с кувшином вина да кружкой — последнее, подозреваю, в стоимость комнаты вошло. Большего мне и не нужно.
Плеснув из треснутого глиняного кувшина дешевой выпивки, я ухватился за кружку и в пару глотков опорожнил ее. Пламя свечей дернулось. Я налил себе еще. Но на этот раз пить не стал, оставив ее стоять. Поинтересовался:
— Кто ты такой, и что делаешь в моей комнате?
Из-за спины доносилось тихое сопение. Я усмехнулся. Развернувшись, встретил взгляд.
— Это я, Ливер. Не узнаешь меня, да? — лицо, покрытое ранами, презрительно скривилось. — Хороший же из тебя друг, Джордан…
Рассмеявшись, я покачал головой.
— Черт, а ведь почти. Совсем немного, и я бы испугался. Но ты не тянешь ни на моего мертвого товарища, ни на мои ночные кошмары. Так, что-то среднее, и то, только если перевернуть да вглядеться, — мои пальцы нащупали кружку, я сделал глоток. — Тебе стоило подождать, пока напьюсь. Хотя честно скажу, выпивка здесь — как моча. Я не пробовал, но уверен, что так и есть. Держи.
Выплеснув остаток вина на незваного гостя, я выхватил меч и рубанул воздух. От удара увернулись, но это меня устраивало. Я получил возможность попятиться в сторону кровати, на которой лежал двуручник. Им в комнате не особо помашешь, но на богиню я надеялся больше, чем на дешевый кусок металла в руках.
— Ты стал чуточку хитрее. Даже жаль, что не выйдет одурачить снова, — сказали мне с нескрываемым ядом, убирая капли вина с лица.
Иллюзия рассеивалась на глазах — плоть растворялась, кость исчезала, и под этим всем было знакомая крысиная морда.
— Где твой бархатный фрак, дядя? Только не говори, что потерял его вместе с клыками.
Аксель легонько пожал плечами и вытащил меч из ножен.
Мой меч.
— Бархатный фрак пришлось выкинуть, чтобы выбраться из Альтстона. К несчастью, не все смогли так сделать, — оскалился вампир.
Лица, омытые дождем и огнем. Тусклые, сжавшиеся, с повисшей на костях кожей. Некогда живые стали «сгоревшими», смрадными и ядовитыми даже для самых голодных трупоедов.
Я сделал короткий выпад, почувствовал крепкий удар по клинку в руках и тут же отскочил назад. Аксель, видимо, умел кое-как обращаться с мечом. Зная инквизиторское оружие и его качество, я понимал, что шансов у меня не так много. Было бы. Полагайся я только на оружие.
— Знаешь, почему нельзя пользоваться чужим оружием, ублюдок? — поинтересовался я, для развлечения нанося быстрый удар и отскакивая назад.
— И что же ты мне скажешь, малявка? — усмехнулся Аксель.
— Не только скажу, но и покажу, — я отбросил меч; вампир, увидев то, что я безоружен, рванул ко мне. — Симфония металла!