— Джордан!
— Симфония металла! — рявкнул я на последних каплях воздуха.
Тласолтеотль расщепилась. Осколки впились в мое тело, уперлись в кости, замедлили падение. И все же земля меня приветствовала слишком охотно. Я закричал, когда металлические колья пробили мои суставы и плоть.
— Чтоб тебя!.. Черт!! — выл я, хватая воздух ртом и пытаясь не отключиться.
Где-то сзади трещали деревья. Я слышал крики Яна. Симфония металла ослабла, осколки прошили мое тело насквозь и вернулись к рукояти двуручника. Хрипя и пытаясь дотерпеть до тех пор, пока сердце справится с повреждениями, я перевернулся.
Энты бушевали. Тела существ, запечатанных в деревьях, взрывали землю, хлестали ветвями по карете. Лошади были свободны, но они не бежали, лишь ловко уклонялись от ударов ослабших за столько времени древесных тварей. Ян перекатывался, бросался в разные стороны, всячески пытаясь избежать смерти. Статуи кареты ожили. Их руки удлинялись, хлесткими ударами отрывая куски энтов и обороняя карету, которая только недавно летела в воздухе, а сейчас уже стояла совершенно невредимая.
Я поднялся, морщась от незаживших ран. Сил сердцу не хватало, регенерация была слишком медленной. Но, в конце концов, мне нужно было сражаться.
— Я усилил руну взрыва символом огня. Он небольшой, слабый, но этого хватит.
Подхватив меч, я побежал. Ноги с трудом шевелились, это было возможно только из-за нитей грифона, пронзивших каждый кусок моего кукольного, мертвого тела. Боль в раздробленных коленях мешала. Но мне осталось недолго терпеть. Дальше дело только за техникой.
— Ян, дай мне меч! — крикнул я еще издалека.
Южанин держался. Возможно, только потому что в нем теперь жил дух, который не желал умирать: он хотел уничтожить любого, кто попробует обдурить. Видимо, по этой же причине меч я просто так получить не мог.
— Дай меч, иначе мы все умрем!
Я остановился перед веткой энта, рухнувшей на опережение. Ян нехотя отстегнул ножны и бросил их на землю, рывками уходя с места предстоящего удара.
Подхватив клинок южанина, я подбежал к карете. Хранительницы посмотрели на меня и кивнули, не дожидаясь приказов. Дыра в моей груди еще не зажила. Я знал, что это они пронзили меня, чтобы уберечь от падения. Эти статуи хорошо понимали то, что происходит вокруг. Возможно, лучше любого.
Ветвь энта лишь устремилась к карете, а я уже был брошен в сторону ожившего духа леса. Воздух предстал передо мной плотным полотном, который предстояло разрубить собственным телом. Я на секунду испугался, что не долечу, но бросок был точным: тело энта, опутанное корнями и лозами, все же оказалось достаточно близко.
— Шваль, — прошипел я, чувствуя, как отрываются ногти.
Я скользнул вниз. Уцепиться сразу не получилось. Панически пиная ногами корни, я все же нашел один, который остановил мой резкий спуск. Я замер, не в силах пошевелиться. Энт рвал и метал, но все его удары либо были мимо, либо останавливались хранительницами кареты. На меня ему было плевать, судя по всему. Но проблема не в этом. Его тело слишком резко двигалось, я рисковал слететь. И в этот раз меня вряд ли успеют спасти. Конечно, я не умру, но бой будет проигран.
Перебирая руками спутанные корни и лозы, я медленно поднимался выше. Мне нужно было встать на плечо. Оно хоть и было не слишком ровным, но там вырезать руну будет легче.
Карабкаясь все выше, я понимал, что мне придется добраться через заросли еще и до ровной поверхности. Вырезать символ на лозах и корнях практически невозможно — нужно, чтобы линии руны ничто не прерывало.
Плечо энта было все ближе.
— Ты сдохнешь, пойми это, — прошептал я, выползая туда, куда мне было нужно.
Сдирая растения, оплетающие «плоть» древесного духа, я освободил немного места. Прикрыв глаза, сосредоточился.
Я не видел руны огня на монете, но я точно видел ее где-то еще.
Перебирая в голове расплывчатые воспоминания, я наконец вспомнил.
— Дорогой, зажги камин, — попросила мать напоследок перед тем, как уйти в подвал.
— Куда я дел те поленья? — пробормотал Джордан, перебирая бревнышки и пытаясь найти парочку, на которой были вырезаны руны. — Ладно, неважно. Сынок, подай нож, он на столе.
— Держи…
Джордан воткнул кончик ножа. Прошептал: «Ингайт!» Двинулся лезвием вниз. Прочертил по диагонали вправо вверх. Влево, перечеркивая первую линию. Вновь вправо вверх. Вниз, касаясь одного из углов. Проколол подушечку пальца, притрагиваясь к незавершенной линии.