И причина ждала меня на пороге. Мне он сразу не понравился, чертов ублюдок. Смотрит так высокомерно, как будто я пустое место. Да, я чувствовал, что он демон, но я так же чувствовал, что он сейчас больше человек, чем что-либо другое. Это читалось даже в движениях.
Мы чуточку позубоскалили. Да, у этого инквизитора язык такой же длинный, как и волосы. И такой же распущенный. Неплохо бы подвязать. Но меня не это тогда обеспокоило. Алиса. Она говорила со мной грубо, смотрела без любви. И я понял, что передо мной не просто охочий до острот юноша. Он мой конкурент. Смешно. Хотя в его глазах было что-то такое, похожее на Алису. Может, не люби я свою малышку, даже смог бы полюбить выражение его глаз. Черное полотно, разрезанное золотыми нитями. А в зрачках бешеный коктейль мыслей. Нет, все же, он мне не понравился.
Да, у Алисы была проблема. Если она долго без меня, все, что я строю в ее сознании, превращается лишь в размытую сказочку. Она перестает этому верить. Увы, мой талант не так велик…
Тем опаснее этот инквизитор. Я не знал, что она в нем нашла, но очевидно, что ее тянуло к этому юнцу. Хотя на лицо он не красавец. По сравнению со мной, во всяком случае.
Я решил от него избавиться. Немного питья, немного яда. Классика, моя любимая композиция убийства. Почему бы не сыграть вновь? Тем более, Алиса направилась к Некрос, а инквизитор расслабился: видно, поверил мне. Времени полно.
Но сначала мне хотелось развлечься. Напугать человека. Помню, в детстве я встретился с одной тварью. Люди ее пересмешником зовут. Мне стало дико интересно, как этот инквизитор отреагирует на монстра, с которым его не обучали сражаться. Уж вампиров-то он не боится, хрен с ним. Но тут… испугаться должен!
***
— Как ты мог?.. — хрипит она, хватаясь за живот и прижимаясь к дверному косяку. Ее рвало кровью, периодически. Сейчас отпустило, и она могла высказаться. — Что ты натворил?!
— Алисочка, но я ведь ради нас, понимаешь? — прошептал я, касаясь ее прядей, прилипших ко вспотевшему лбу. — Кто этот человек такой? Урод, тупица, да и прожить долго просто не мог… Умер бы так или иначе. Я ведь просто облегчил путь. Ну да, из ревности. Но ты ведь не думаешь, что он будет любить тебя сильнее, чем я?..
— Мы с ним связаны! — рявкнула Алиса, посмотрев на меня озлобленно.
Рядом была Некрос, я не мог корректировать сознание моей возлюбленной. Чертова демоница смотрела на меня, как на дерьмо. Ничего, разберусь, когда уйдет…
— Я ведь не знал, — объяснил я. — Ты ничего не сказала, вот я и решил разобраться по-своему. Ну?..
— Приду… — договорить она не успела, очередной поток крови вырвался из ее рта.
Я в некоторой растерянности посмотрел на Некрос. А та лишь головой покачала.
— Аксель, ты дерьма кусок, — озвучила она те мысли, что я давно прочитал в ее голове. — Нельзя так делать, понимаешь? К черту тебя. Я заберу парня, посмотрю, что можно сделать. Но — сделаю это ради Алисы. Не ради тебя. Будь моя воля…
— Да-да, я все знаю, — отмахнулся я. — Делай уже что должна, не морочь мозги.
Некрос пробормотала язвительное ругательство в мою сторону. А я понял, что пора уезжать из города. Очевидно, эта баба сумасшедшая. Еще и то, что я сделал, в ее «кодексе» является величайшим грехом. Подумаешь, вмешался в чужие чувства и жизни… Демоница, а с такой моралью, что многие людские святоши позавидуют.
К черту. Я спустился, пока Некрос возилась с опустевшим (в буквальном смысле, хе-хе) телом человека. Его душа почему-то не успела уйти до того, как Алиса с демоницей ворвались ко мне. Жаль, весьма жаль — у такого урода такая сила духа, что он не может нормально открепиться от трупа. Я надеялся, что душонка отлетит как перышко на пушечном ядре. Пуф — и нету, поминай, как звали. Но надежды мои всегда рушатся.
***
— Аксель… — прошептала Алиса, обнимая меня. — Я так соскучилась…
О да, я знал. Моя возлюбленная все же таскается с этим идиотом. Впрочем, у меня его меч, я читаю все, что происходит в его голове, так что знаю: ничего у них толком не было. Так, пара поцелуев, но это совсем неважно.
Преследовать караван людей на лошади оказалось совсем не сложно. Тем более, Алиса всегда находила меня с легкостью. Сбежала «прогуляться», как сама сказала этому… «Джордану». А сама — ко мне. Радует, радует, что моя любимица все еще помнит обо мне. Это надо поощрить.