— Советую упрятать язык, если вдруг вы раньше не пили подобный виски. Он горяч, как жидкий металл.
Легонько прикрыв глаза, я чуть задрала нос, подавая знак Михаилу. И он ровным движением наклонил стакан, опрокинув в мой рот все до капли. Раскаленное пойло обжигающим потоком устремилась вниз по глотке, заставляя меня скривиться и крякнуть.
— Ох, хорошая дрянь, — выдохнула я, открывая глаза и поднимая взгляд к адъютанту, залпом выпивающим свою порцию. — Чувствую, будет жарко.
— Возможно, — улыбнулся Михаил, но на этот раз уже не так сухо. — Хотя здешние ночи слишком холодны, чтобы согреться одним лишь виски…
Легкая шпилька флирта, пущенная моим собутыльником, вызвала во мне усмешку.
— Ну, знаешь, я на тепло как-то перестала претендовать, — ответила я, поднимая руки. — Эти клинки всегда холодные, и их вряд ли согреет что-то кроме крови.
— Не будьте столь критичны к себе, Алиса. Тепла заслуживает любой, — Михаил пустил бутыль по второму кругу.
— Присядь. Стоя пить не очень удобно.
— Боюсь, мне будет неудобно поить вас с другого конца стола…
— Рядом садись. Нечего стесняться, в этих стенах столько картин, что ни один глаз не сможет подсмотреть, чем мы занимаемся.
— Боюсь, подсматривать не за чем: мы лишь пьем виски, чтобы согреться в эту холодную ночь, — чинному голосу Михаила мог позавидовать любой священник. Не прячься за его словами столько сладкого меда. Хотя — для меня он был скорее горьким.
Пальцы адъютанта, удерживающие стакан, будто бы ненароком коснулись моего подбородка. Виски, словно искусный змей, проскользнул через мой рот к сердцу, разжигая огонь в груди.
— Скажи, Михаил… — начала я, но меня перебили.
— Для удобства можно просто Миша.
— Твое имя так сокращается? — удивилась я. — Почему «ша»? Разве Миха не логичнее?
— У нас на родине это слишком… фамильярный вариант. Миша — для друзей. Миха — для тех, кто хочет подраться.
— Сложно как-то у вас. Откуда ты корнями, говоришь?
— Далекая страна. Славянская.
— Какие же черти занесли тебя в Холиврит? Здесь холодно как в заднице призрака, а местные обычаи вряд ли позволяют жить так же раскованно, как у славян. Там ведь, слышала, гораздо проще жить? Крест не так распространен?
— Алиса, я мало что знаю о своей родине. Семья моей прабабушки уехала оттуда. С тех пор мы… кочуем по странам. Добрались и до Холиврита.
— Надо же, знаешь семейную историю до прабабушки?
— Даже немного дальше. У нас семейные байки вместо сказок перед сном.
— Ха! А я ничего не знаю о своих родителях. Разве что…
На секунду у меня в голове почему-то появился Джордан. Он говорил что-то о семье. И своих родителях. Я с раздражением прогнала воспоминания из головы.
— Что, Алиса?
— Разве что, меня опекал один хороший вампир. Его недавно убили.
— Сожалею.
— Не стоит. Все истории рано или поздно кончаются, Миша. Скажи лучше, почему ты с такой уверенностью вызвался мне помогать? Вряд ли это слишком весело: бегать за безрукой вампиршей, открывая перед ней двери и выслушивая нудные приказы.
— Мне нравится эта работа. Она не похожа на то, чем я занимался раньше.
— А чем?
— Я… — Михаил замялся, будто стесняясь чего-то. — Я ведь могу быть с вами откровенен, Алиса? Это не повлияет на наши отношения?
— Говори.
— Я работал по найму. Мне заказывали воровать вещи. Не сказать, что я делал это добровольно, хотя начинал охотно.
— Так ты… наемный вор? — эта информация заставила меня удивиться. — Я знала, что люди часто выполняют за деньги разную работу. Но о подобном слышу впервые. И много же у тебя было заказов?
— Хватало. Самое разное. Кто-то просил украсть чужую скотину, бывало и такое. А иногда — просили украсть фамильные украшения, оставшиеся у бывшей жены. Каждому человеку нужно получить что-то от другого. Стоит только задать правильные вопросы.
— А проблемы с Церковью?
— И этого добра порядочно, — усмехнулся Михаил. — Но, к счастью, масштабы моего воровства редко переваливают в поле священников. Обычно со мной возились городские власти. Но и тем хватает других дел, кроме как искать воришку, стащившего кольцо с чьих-то пальцев.
— Интересное у тебя ремесло.
— Да. А еще, оно отличается от тех, которыми занимались мои предки. Это было для меня важно.
— Чем же они зарабатывали на жизнь?
— Самым разным. К примеру, моя прабабушка была солдаткой. При том, со странными наклонностями, как говорил мой дед. Говорят, она увлекалась и женщинами тоже.
— Даже страшно представить, каким образом твой дед появился на свет.