Поначалу необходимость стрелять из пушек и ружей по здоровенным монстрам вызвала у людей ощутимую возню. Они путались, сбивались, раздражались. Но постепенно, когда все увидели страх тварей, действия стали размеренными, спокойными, своевременными. Только Михаил как-то встревожено смотрел на происходящее.
— Алиса, у меня очень плохое предчувствие.
— Какое же?
— Мне кажется, скоро будет много смертей.
Я улыбнулась. Да, Михаил уловил запах, который я чувствовала давно. Не была уверена, можно ли ему верить, но он висел в воздухе тяжелой пеленой. Он не связан с приходом монстров. Запах появился после моей речи с демонстрацией отрубленной головы. И исходил этот запах от людей. От их шей и голов.
— Не думай об этом, — посоветовала я. — Предчувствие может ошибаться, а даже если все пойдет коту под хвост, конкретно ты это не остановишь.
Михаил только угрюмо кивнул. А я, поднявшись с опустевшего ящика, в котором хранили ружья, потянулась.
— Мне нужно найти Айви. Она снова куда-то делась. Здесь все скоро кончится. Проконтролируй, чтобы никто не оставил ружья и пистолеты. И пусть снова накроют тентами пушки. Им не стоит быть под снегом.
— Понял.
***
Глаза титана смотрели на меня с чувством возвышенности. Правда, мне всегда сложно было читать по взгляду. Лица даются проще — они больше, в них больше мышц, которые почти всегда проявляют эмоции. Глаза же… это бездонные омуты, и надо быть опытным пловцом, чтобы что-то в них найти. Поэтому я не была уверена, что во взгляде мертвого титана была возвышенность. Может, она мне показалась.
Гигант сидел на доме, провалившись в него через дырявую кровлю. Видно, упал, когда с ним решила поиграть Айви. Та сидела на его плече, что-то радостно щебеча в его огромное ухо.
— … и вот тогда я говорю: но ведь у тебя нет плюшевого медведя, у тебя только огурец! Ха-ха-ха! Вот умора, да?
— Айви!
— Да, мамуля? — девушка спрыгнула с плеча, заскользив по широкой груди мертвеца.
Эффектно приземлившись в снег с бедра титана, она подошла ближе.
— Нужно твое присутствие. Мы возвращаемся в Дом Купцов.
— Там скучно. Что мы там будем делать? Там куча глупых кровожадных людишек, которые совсем ничего не понимают, — Айви надула губки, то ли издеваясь, то ли обижаясь.
— Нам всего лишь нужно посидеть еще пару суток. Ничего особенного.
— Почему я не могу погулять?! Моим друзьям будет ужасно скучно.
— Погуляешь. Но ночью. А пока — я хочу познакомить тебя кое с кем.
— А он веселый?
— Ужасно. У него еще клюв во рту.
— Ух ты!
Айви, забыв о своем дружке-великане, заторопилась впереди меня, взрыхляя ногами снежную корку и напевая что-то себе под нос. А я, глядя ей в след, подумала, что ее сумасшествие рано или поздно приведет к смерти. И та, скорее всего, будет глупой.
***
— Канонада произвела неожиданный успех, — бормотал птицемордый, осматривая Айви. — Все разумные монстры поспешили убраться из города. Кто-то через восточные ворота, кто-то через западные. А кто-то проломил городскую стену, в панике убегая от шума и крови.
— Не знаешь, сколько приблизительно осталось тварей? — спросила я, наблюдая, как демон пытается засунуть пальцы под язык вампирессы, но тут же одергивает руку, спасаясь от клацнувших клыков.
— Мало, — ответил «доктор», обтирая ладонь об штанину. — Во многом благодаря Айви. Убить их не составит труда, тем более, что это преимущественно ночные хищники.
— Значит, днем в городе будет тихо и спокойно?
— Вполне. Настолько, что люди смогут вернуться в привычный темп жизни и даже не вымереть. Если, конечно, будут следовать комендантскому часу и вовремя закрывать ставни окон. Я уже поговорил со здешним начальником стражи, он отправил отряды к воротам, чтобы закрыть их. Конечно, — демон сделал паузу, ощупывая ладонь Айви, — учитывая дыры в стенах, это не слишком поможет в изоляции города. Но Орда по большей части миновала.
— «По большей части»?
— Не могу поручиться, что кто-то не отстал слишком сильно… Айви в полном порядке. Здоровая, юная вампирша, с кипящей холодной кровью и застывшими раскаленными мозгами.
— Замечательно, — вздохнула я, поднимаясь со стула. — А где Михаил?
— Сказал, что хочет взять вина для нас. Новости города его сильно взбудоражили. Он неожиданно сильно радуется, как для не здешнего.
— Михаил особенный человек с особенным складом ума, — с улыбкой ответила я, подходя к окну. Солнечный свет, пробившийся сквозь пелену зимних туч, неприятно кольнул кожу. — У него много эмоций по поводу самых разных вещей.