Она периодически что-то сжимала, а я едва сдерживался, чтобы не дергаться. «Боли нет», — понимал я. Но может, я просто ее не чувствую? Я положил голову, прислонившись затылком к алтарю, и закрыл глаза. Хотелось блевать. Внутри головы — пусто. Ничего не слышно… Мыслей совсем нет, я будто в каком-то сне лежал и чувствовал, как Некрос возится во мне.
— Ох… — вздохнула девушка, вытаскивая руку, всю перепачканную моей кровью. — Прости, понятия не имею, как так вышло. Вроде ведь вообще должно было лежать вместе с прочим…
«Что ты говоришь? — хотел спросить я, но не смог. — Что должно было лежать? Ты засунула руку по локоть в меня!» Задумавшись, Некрос куда-то отошла. «Не оставляй меня так!» — силился выкрикнуть я, но сил в теле не было. Я попытался ухватить взглядом уходящую девушку, но напрасно, та исчезла; кровь бодро стекала с меня на алтарь.
Я стиснул зубы и вновь в бредовой расслабленности обмяк. «Может, хотя бы рану зажать? — отрешенно подумал я. — Хотя как ее зажмешь? Меня распотрошили». Перед глазами все плыло, потолок вращался в безумной скачке. «Черт возьми, черт возьми, черт возьми», — стучало в голове, пока я кое-как пытался приподняться с помощью рук. Нужно было что-то делать. «Хотя какой смысл? Уйду отсюда — так или иначе умру», — понял я и вновь расслабил взбунтовавшиеся мышцы.
— Я здесь, — Некрос появилась так же внезапно, как и пропала. — Сейчас зашью.
Я приподнялся, чтобы посмотреть, убедиться в ее словах. Закругленная иголка проткнула край моей раны, двинулась дальше, делая первый стежок. Кровь продолжала течь, но с каждым движением иглы она закрывалась во мне. «Разве нормально, что кровотечение не остановили и рану не обработали?..» — безразлично пронеслось в голове. Каждое движение иглы ощущалось до малейших деталей, казалось, я чувствовал даже шероховатость нити, смачиваемой в моей крови, но боли все так же не было.
— Ты не беспокойся, шью я лучше, чем препарирую, — донесся откуда-то голос Некрос. — Если ты до сих пор дожил, то от иголки уже не умрешь, будь спокоен. И не волнуйся по поводу крови. Она вообще не должна тебя волновать. Сейчас это наш с тобой расходный материал.
Я обессилено лег. Все постепенно отдалялось, уходило от моего внимания.
— Вот… ровненький шовчик. Эх, будто снова свадебное платье пошила!
Отдаляется и отдаляется… все дальше и дальше…
— Эй, малыш, ты как там?
Уплывает, растворяется во всеобщей массовке темноты…
— Хочешь поспать? А может не стоит? — моего лица коснулись. — Давай, открывай глаза.
Медленно распадаясь, я все сильнее терялся в тумане…
— Не хочешь? Ну ладно, черт с тобой, потом закончим, — донесся напоследок безразличный голос Некрос.
Стук. Равномерный стук. Всему на смену приходит он. Равнозначное тишине клацанье — клацанье, несущее смерть.
Передо мной тела. Я чувствую, что их необходимо сшить. Я знаю многое о ткани. Мои руки умело вскрывают оболочки. И я вижу — это не ткань. Передо мной лежат обернутые пергаментом куски мяса. Я усмехаюсь и медленно, лоскуток за лоскутком, сдираю обертку. Кто-то этого хочет.
А в мясе лежит небольшое яйцо. Я просовываю руку и вытягиваю его — среди моря крови оно остается сухим. Истинно сухим. Беру нож и слегка стучу по скорлупе. Она дает трещину, рождая на свет нечто прекрасное. И я вытягиваю голубоватый отросток, отдирая его от истекающего кровью яйца. Медленно разделив добытое напополам, одну часть я опускаю себе в рот. Сладость. Неимоверная сладость, эйфория вкуса, феерия чувств…
Свет вновь ударил в глаза. Знакомый незнакомый потолок. В теле стало как-то легче. Я сдвинулся, приподнимаясь. На груди ни шва, ни раны. «Приснилось?» — я осмотрелся. Некрос сидит на старом месте, читая книгу. Ее глаза медленно поднимаются от страниц на меня.
— Здравствуй, — поздоровалась она. — Тебе легче?
Я кивнул и сел на алтарь, свесив ноги. Осторожно сполз. На этот раз пол никуда не уходил, оставаясь на месте. Я чувствовал себя увереннее, хотя в голове началась легкая боль. Поморщившись, я коснулся виска. В ушах слегка зазвенело.
— Не переживай. Сделаем укол и дальше твой организм сам, — сказала Некрос, подходя ко мне.
Глянув на нее, я заметил шприц. В нем была ампула с чем-то зеленоватым. Девушка подняла руку с инструментом, и пустила немного жидкости. Легкая струйка брызнула, разлетаясь в воздухе. Длинная игла угрожающе заблестела в свете кристаллов.
— Встань нормально, — Некрос положила руку мне на плечо и повернула к себе. — Укол будет в сердце, мне надо попасть в совсем небольшое место, поэтому стой спокойно. Если ты дернешься, то, боюсь, мне опять придется заменять тебе органы.