— Мм… когда ела. Нравится? — спросила девушка, улыбнувшись. Ее белые клычки блеснули в сумраке комнаты.
— Да, неплохо, — кивнул я. — Никогда не любил стандартность в одежде.
— И ты-то инквизитор?! — рассмеялась Алиса. — Да у вас же там все одинаково выряжены!
— Ну… — я пожал плечами, отведя взгляд. — Неважно…
— Понимаю тебя. Знаешь, сейчас многие любят одеваться так, чтобы было много слоев, напыщенно и сложно. Мне такое не нравится, — улыбнулась вампирша, усаживаясь на стойку.
— Ты говорила, что переоделась во время кормежки? — перевел тему я. — Все-таки не хочешь использовать меня для этого?
— Для переодеваний? — спросила Алиса с серьезным лицом, но тут же рассмеялась, увидев мою реакцию. — Расслабься, я поняла о чем ты. Ревнуешь, что не пью твою кровь?
— Ты убила.
— Но ты тоже.
Я отвернулся, бросив взгляд в котел. Вода не закипала. Алиса объяснила:
— Услышав, что они собирают людей, чтобы ворваться сюда, я решила покормиться на месте. Пить из шеи быстрее всего, тем более, я могла одновременно наблюдать за округой в это время.
— Но ты можешь пить у меня из шеи, — предложил я. — Можно разрезать…
— Оставим ее в покое. На ней и так уже два шрама, — улыбнулась Алиса. — Лучше из руки, как в первый раз.
Я кивнул, опираясь на стойку. Тут же девушка придвинулась и наклонилась ко мне. Не успел я что-либо сделать, как почувствовал на шее прикосновение ее губ.
— Не беспокойся, — прошептала вампирша; ее дыхание скользнуло по моей коже. — Я оставила немного места и для тебя. Как только вокруг никого не будет, мы займемся этим.
Я сглотнул, пытаясь отстраниться. Но девушка уже положила руку мне на плечо.
— Как ты вскипел… — слова Алисы слились с ее тихим выдохом; прохладная ладонь коснулась моей щеки, опускаясь к губам. — Неужели ты так хочешь этого?
В бедрах потяжелело. Пальчик вампирши замер у моего рта. Я оттолкнулся от стойки, разрывая незримую связь тел, начавшую было возникать. Раздался тихий вздох.
— Я тебя не понимаю, — сухо сказал я. — Ты то холодная, то…
— Какая? — спросила Алиса, спускаясь со стойки и подходя ко мне.
— Мне кажется, ты неискренняя сейчас.
— А может, наоборот? — девушка коснулась пальцами моего ворота. — Может, именно сейчас мы искренни? Тело не будет врать.
— Но… — начал я и не успел закончить.
Алиса ухватила мою ладонь и приложила к своей груди.
Снаружи она холодна, но внутри у нее все горит.
Возможно, мне стоило отойти, прежде чем я почувствовал тело вампирши. Это сохранило бы мою веру в Бога и, возможно, его веру в меня. Но я не успел.
Под моими пальцами бешено стучало юное сердце. Я не знаю, сколько уже прожила Алиса, но внутри нее горело пламя юности. Во многом она была, скорее всего, так же молода, как когда-то. Почувствовать это было ошибкой? Уже не понять. Но я знаю, что действительно могло стать ошибкой.
Я бы не смог чувствовать себя человеком, если бы не приблизился вплотную к Алисе.
Она вампир, убийца, охотник, опасный для всех людей. Но прежде всего, она девушка. Как бы я ни опасался ее клыков, я не мог не почувствовать, что под моими руками нежные плечи; что в моих объятиях женское и в чем-то хрупкое тело. И та мысль, что когда-то Алиса была человеком, как и я, вызвала внутри меня желание.
Желание вновь почувствовать себя живым.
Ее улыбка, на которой задержался мой взгляд еще при первой встрече, оказалась удивительно близко. Мы ненадолго замерли, дыша у самих губ друг друга, делясь воздухом, делая его чем-то общим, и в то же время принадлежащим только нам. В этом чувствовалось что-то… непривычное. Мы оба нелюди, и в этом движении, присущем только «обычным», ощущалась сакральная сила. Возможно, именно так, стоя почти вплотную, мы соединяли все то, что осталось в нас человеческого, превращая это в единое целое, которого без нас быть не может.
Мы прикоснулись друг к другу. Робко и неуверенно. Поначалу это был жест товарищей, боящихся сделать совместный шаг вперед. Но с каждым мгновением и с каждым новым ощущением мы становились все увереннее. В своих чувствах. В своих действиях. Наши губы соединились, и в этот момент во мне что-то треснуло.
Что такое человек? Что такое я?
Алиса приняла меня с нежностью и страстью, и я почувствовал, что хочу отвечать тем же. Или даже большим. Я не мог этого понять, я был полностью поглощен, подавлен, захвачен. На ее языке еще оставался вкус чужой крови, и эта металлически-соленая нотка отрезвила меня, сделала происходящее еще более реальным, тем, что невозможно забыть. Я четко осознал каждое движение Алисы и каждое свое. По-девичьему тонкие руки обвили мою шею, и я наклонился, позволяя легкой, почти невесомой в такой момент вампирше расслабиться в моих объятиях. Ее слюна смешивалась с моей, превращаясь в какой-то безумный экстракт. Не любви. Чего-то большего.