Но нет. Не здесь. Не сейчас. Это решение требует более спокойной обстановки и тщательного обдумывания.
Я медленно поднялся, направив луч фонаря вперёд. Пора двигаться дальше. В этот момент где-то в глубине комплекса послышался уже знакомый гул. Турбина набирала обороты. По всему коридору начали загораться светильники, выхватывая из темноты уродливые следы разрушений, которые оставил после себя монстр. Теперь место, некогда погружённое во тьму, предстало передо мной во всей своей мрачной красе.
Когда я дошел до склада, из коридора напротив появилась Шая, которая шла мне навстречу.
— Что ты сделала? Свет опять работает, — спросил я, оглядываясь на работающие лампы под потолком.
— Да так… нашла на складе пару деталей. Заменила их и запустила турбину снова, — сказала она, пожимая плечами. Потом ехидно улыбнулась и добавила: — Но не радуйся. Это всё равно ненадолго. Если ограничиться только светом, то часа на четыре её хватит. А потом либо вырубится, либо вообще взорвётся к чертям.
— Ну, это уже хоть что-то, — заключил я. — Не придётся таскать ящики в темноте.
— В этом и смысл, — ответила Шая, снова улыбнувшись. Её металлическая рука слегка зажужжала, когда она поправила ремень на плече.
Мы зашли на склад. Гуль активно рылся в ящиках, один за другим, словно искал что-то особенное. Джон же методично брал их и складывал в разные стороны. Одна куча ящиков была небольшой, аккуратной, а другая — огромной, будто гора мусора. Чирп бегал между ящиков и обнюхивал содержимое, наверно пытался найти что-то интересное.
— Что вы делаете? — спросил я, глядя на эту картину.
— Всё просто, — ответил Гуль, не отрываясь от своего занятия. — Самое ценное и полезное для нас мы берем в хаммер. — Он указал на маленькую кучу. — А весь остальной хлам грузим в грузовик рейдеров. Вместе с ним и продадим.
— Хороший план, — поддержал я его. — Ты хорошо соображаешь, когда не пытаешься прикидываться придурком.
— Да… да… — хохотнул Гуль, театрально кланяясь. — Я ещё и вышивать умею… крестиком.
— А никто и не спорит, что ты настоящий самородок, — поддакнула нам Шая, и мы все весело рассмеялись.
Далее нам предстояла долгая и монотонная работа. После того как мы определились, что и куда, начали таскать ящики. Оружие, которое могло пригодиться нам самим, боеприпасы, медикаменты и другие особо ценные вещи мы складывали в кузов хаммера. А всё остальное — старые тряпки, не нужную броню, разные инструменты и оружие, которое нам самим без надобности — закидывали в грузовик. Таскать приходилось далеко, особенно если учесть, что склад находился в глубине убежища, а машины стояли на поверхности.
Я то и дело останавливался на перерывы, чувствуя, как усталость накатывает волнами. Джон же, казалось, вообще не знал усталости. Он ходил туда-обратно, таща сразу по три или даже по четыре ящика, словно они ничего не весили. Его массивная фигура двигалась размеренно и уверенно, а лицо оставалось сосредоточенным.
Шая тоже участвовала в процессе, но брала только небольшие упаковки с медикаментами или едой. Когда такие закончились, она сняла с меня мой новый нагрудник и, используя свою руку-горелку, начала сводить с него эмблему "Пустынных волков". Газовая горелка оставляла на металле чёрные следы, постепенно стирая символ.
Лишь Гуль отказался работать. Он нашёл себе новую игрушку — крупнокалиберный Баррет 82 под патрон калибром.50. Забравшись на крышу грузовика, он устроился там, словно снайпер на посту. Изредка он делал вид, что целится в невидимых врагов, и даже стрелял в воздух, хотя делать это было совершенно незачем. Никто не мешал нам заниматься своей работой.
Спустя четыре часа, как и предупреждала Шая, свет начал моргать. Когда мы закинули в кузов последний ящик, он и вовсе погас. Но нам он был уже не нужен. Мы собрались на улице, возле машин. Солнце давно село, и пустыня наполнилась другими звуками. Где-то вдалеке кричали койоты или какие-то другие животные.
— Джон, ты умеешь водить машины? — спросил я, глядя на нашего "танка".
— Немного умею, — ответил он, задумчиво почесывая затылок. — Нас учили это делать, но особой практики не было.
— Отлично. Тогда решено. Ты за руль хаммера, — сказал я. — Но для этого тебе нужно снять броню. В ней ты туда просто не влезешь.
Джон кивнул. Он забрался в кузов хаммера, где мы с Шаей помогли ему выбраться из доспеха. Броня была тяжёлой, и без неё Джон выглядел немного неуклюже, словно привык жить в этой оболочке.