Я пинком скинул катушку вниз. Веревка размоталась в полете и ее длины как раз хватило до земли.
— Пи-пи! — уже знакомый писк заставил меня обернуться. Та самая крыса-мутант сидела в паре метров, энергично размахивая лапой.
— Что? Тоже хочешь выбраться отсюда? — спросил я.
— Пи! — сказала крыса мотая головой.
— А ты довольно смышленый, приятель.
— Пи-пи! — продолжала мотать головой крыса.
— Ладно, возьму тебя с собой. Только договоримся: никакого грызения моего снаряжения.
— Пиии…
— Да понял я, понял. Говоришь, что вообще не ешь металл?
— ПИ!!
— Ладно-ладно, не кипятись. Забирайся мне на спину, только не вздумай там нагадить.
Крыса деловито забралась на мою спину, обхватив лапами мою шею, будто всю жизнь только этим и занималась.
— Ну что, дружище, двинули? Кстати, как тебя называть? Писк? Нет? Может, Чирп?
— Пи!
— Ладно, пусть будет Чирп. По крайней мере, имя звучное.
Так мы и покинули убежище — я, мой пистолет и говорящая крыса по имени Чирп. Если бы кто-то видел нас со стороны, точно бы решил, что я окончательно спятил — разговариваю с грызуном и киваю на его "якобы" вопросы. Но после всего пережитого это казалось почти нормальным.
Интерлюдия. Где-то на просторах пустошей.
Помещение напоминало стерильный кокон из будущего. Металлические стены, без единой царапины, отражали холодный свет множества экранов и мониторов, разбросанных по всему пространству. Каждый дисплей демонстрировал потоки данных, графики, видеопотоки с камер наблюдения — бесконечный информационный водоворот. В воздухе витал легкий металлический запах, словно здесь только что провели дезинфекцию. Ни пылинки, ни малейшего намека на беспорядок.
В самом центре помещения находился терминал — массивная конструкция из черного полированного металла и стекла. Над ним парила трёхмерная проекция лица, но это лицо не принадлежало человеку. Оно было идеально симметричным, лишённым эмоций, со сверкающими белыми глазами, в которых танцевали строки кода. Это был ИИ — искусственный интеллект, чей голос звучал ровно и механически, но мог стать ледяным или яростным в зависимости от ситуации.
Тяжелые шаги нарушили тишину. Пол подрагивал от каждого движения приближающегося существа. Это был Эдгар Подовски, он же Кабал. Его мощное тело, больше напоминающее боевую машину, чем человека, заставляло всё вокруг казаться меньше. Металлические протезы его ног скрежетали при каждом шаге, а механическая правая рука, покрытая следами недавних боев, периодически издавала едва слышные электронные щелчки. На лице, единственной части его тела, оставшейся человеческой, застыло выражение усталого триумфа.
— Докладываю, — начал он, остановившись перед терминалом. Его голос гремел, как раскаты грома: — Комплекс осмотрели. Труп ученого нашли, но устройства при нём не было. Зато мы взяли много молодых особей с начальными признаками мутаций. Из них выйдут хорошие миньоны.
Проекция лица слегка наклонилась вперёд, словно изучая собеседника.
— Больше там никого не было? — спросил ИИ, его голос оставался спокойным, но в нём уже чувствовалась напряжённость.
Кабал пожал плечами настолько, насколько это позволяло сделать его металлическое тело. Он не придал значения этому вопросу.
— Да так, ничего особенного. Просто след из прошлого. Мой бывший командир оказался там. Я похоронил его под обломками здания.
Глаза проекции вспыхнули ярче. Голос ИИ стал режущим, словно лезвие.
— Кто это? Фрэнк Сайленс?
Кабал кивнул, не понимая, почему это вызывает такой интерес.
— Да, он.
Проекция замерла на мгновение, затем её лицо исказилось, словно она испытывала гнев — если, конечно, машина могла испытывать эмоции.
— ТЫ ИДИОТ! — взревел ИИ, его голос теперь гремел, как тысяча сирен одновременно. — ЭТО ЖЕ ЕГО СЫН! Если Тим Сайленс и передал кому-то устройство, то это был именно его сын! Ты позволил тому, что мы ищем, ускользнуть прямо у тебя из-под носа!
Кабал молчал, явно не ожидая такого поворота. Его металлические кулаки сжались, но он продолжал стоять неподвижно, пока ИИ продолжал осыпать его оскорблениями.
— Ты самонадеянный кусок мяса с болтами вместо мозгов! — не унимался ИИ. — Как ты мог быть таким беспечным?! Он знает слишком много. И если он найдёт способ активировать устройство…
Кабал перебил его, его голос был твёрдым, несмотря на очевидное унижение: