Чирп семенил рядом, его маленькие лапки почти бесшумно шуршали по песку. Гуль остался позади, прижавшись к земле и наблюдая за происходящим с легкой усмешкой на лице.
— Только попробуй все испортить, крысеныш, — прошептал я, бросив короткий взгляд на Чирпа.
Тот пискнул в ответ, словно соглашаясь, но в следующую секунду издал громкий, пронзительный звук. Я замер, чувствуя, как кровь стынет в жилах. Часовой резко обернулся, он увидел меня.
Глава 9
На то, чтобы принять решение, у меня была всего доля секунды. Часовой уже опознал меня и потянулся к своей кобуре. Я же, не теряя ни мгновения, прыгнул на него. В полете я сложил пальцы в нужный жест, активируя длинную иглу экстрактора селенита. Этот тонкий, но прочный штырь мгновенно выскользнул из запястья.
Он не успел даже пискнуть. Игла вошла точно в цель — его глаз, пробив череп насквозь и выйдя из затылка навылет. Я подхватил обмякшее тело на руки и медленно опустил его на землю, стараясь не издать ни единого звука. Песок под телом едва зашуршал, принимая на себя тяжесть мертвеца.
— Чирп, ты маленький идиот, — прошипел я, бросив быстрый взгляд на крысеныша, который теперь прятался за камнем. Его большие глаза блестели в темноте, словно он понимал, что именно его писк чуть не испортил всё. — Если бы я был чуть медленнее, этот парень сейчас бы уже стрелял. Ты хоть понимаешь, что мог нас всех погубить?
Чирп виновато пискнул и спрятался еще глубже, будто пытаясь исчезнуть совсем. Я вздохнул, но времени на дальнейшие разборки с ним не было. Сейчас нужно было действовать быстро.
Гуль тем временем подошел ко мне бесшумной походкой, его бледно-зеленое лицо почти сливалось с темнотой. Он склонился над телом часового, осмотрел его с профессиональным интересом и хмыкнул.
— Неплохо, Фрэнк, — сказал он с легкой усмешкой. — Для человека, который только недавно выбрался из клетки, ты работаешь весьма чисто. Но знаешь… почему бы нам не добавить немного хаоса в их вечер?
Я задумался. Идея была рискованной, но в то же время имела смысл. Если все сделаем правильно, у нас будет шанс выбраться из этого лагеря и избежать погони. Но, прежде чем я успел ответить, Гуль опустился на колени рядом с телом. Он внимательно осмотрел его, словно изучая каждую деталь: грязную одежду, потертую броню, рисунок татуировок на руках. Затем он прикрыл веки, и его тело начало меняться прямо на моих глазах.
Сначала его кожа стала темнее, теряя свой бледно-зеленый оттенок. Она приобрела серый, грязный цвет, как у рейдера. Его лицо стало более угловатым, черты заострились, а отсутствующий нос… вдруг появился, оказавшись точной копией плоского, сломанного носа мертвеца. Его глаза, те самые с голубыми белками, на мгновение вспыхнули, а затем стали точно такими же, как у часового — карими, с красными прожилками. Даже одежда начала трансформироваться, словно она была частью его тела. Его рваная куртка превратилась в потертую броню рейдера, а шляпа исчезла, открывая коротко стриженные волосы.
Я стоял, не в силах произнести ни слова. Это было… невозможно. Нереально. Но Гуль стоял передо мной, точная копия мертвого часового, если не считать легкой издевки в его взгляде.
— Ну что? Похож? — спросил он, подняв бровь.
Я молча уставился на него, чувствуя, как челюсть медленно отвисает. В голове крутилось что-то вроде: «Что за чертовщина? Какого хрена это вообще возможно?» Но вместо этого я просто выдавил:
— Твою ж… Да ты вылитый он. Прям до мелочей. Как будто ты его родной брат-близнец.
— Ага, спасибо, конечно, за комплимент, — усмехнулся Гуль, поправляя ремень с кобурой, которая теперь тоже была его частью. — Только есть одна проблема: я не могу держать эту форму вечно. У всего есть предел. Так что лучше бы нам поторапливаться, пока я еще не начал рассыпаться на части.
— Понял, — кивнул я, наконец обретая способность говорить.
— Пока я прикинусь этим парнем, чтобы не вызывать подозрений, ты осмотри их лагерь. Посмотри, что здесь можно взорвать. Машины, топливо, что угодно. Чем больше шума, тем лучше.
— Ты уверен, что это сработает? — спросил я, все еще глядя на него с легким ужасом.
— Уверен? Нет конечно. Но раз ты начал весь этот цирк, и дороги назад уже нет, то я тебе помогу, — ответил он, уже поворачиваясь к лагерю. — Действуй, Фрэнк. Время работает против нас.
Я двигался медленно, почти не дыша, стараясь слиться с тенями. Палатки вокруг создавали причудливый лабиринт из темноты и полумрака, где каждый шаг мог стать последним. Спящие рейдеры валялись повсюду. Их храп наполнял воздух, смешиваясь с запахом алкоголя и пота. Я старался ступать как можно тише, обходя их, словно минное поле.