— Ложись! — крикнул я ему. — Они взрываются от огнестрела!
По нему было видно, что он знаком с военной подготовкой. Он лег, как и положено, ногами к опасности, а головой, соответственно, в другую сторону. Мы с Гулем быстро перестреляли оставшихся животных. Затем медленно подошли к нему. Он сидел на земле, прижавшись к камню. Его глаза бегали между нами, полные страха и недоверия.
— Кто вы такие? Чего вам надо? — прокричал он, и в его голосе чувствовался страх, смешанный с отчаянием.
— Спокойно, спокойно, мы не враги, — медленно произнёс я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более убедительно. Мой дробовик всё ещё висел за спиной, а пистолет я уже убрал в кобуру. Но в этот момент встрял Гуль. Его голос прозвучал резко, словно удар хлыста.
— Вы посмотрите-ка! Мы ему тут жизнь спасаем, а он ещё и недоволен, — проскрежетал Гуль, явно наслаждаясь возможностью подколоть незнакомца. — Они бы тебя уже растащили на сувениры, если бы не мы.
Парень замер, его глаза метнулись между мной и Гулем. В них читалось смущение и лёгкая тревога, но он всё же попытался ответить. Его голос звучал неуверенно, будто он сам не был до конца уверен в своих словах.
— Ну… спасибо вам, конечно, — произнёс он, слегка запинаясь. — Но всё же… кто вы такие?
Я решил взять инициативу в свои руки. Поднял ладони в успокаивающем жесте и заговорил, стараясь придать своему голосу доброжелательный тон:
— Мы просто путники, которые увидели человека в беде и решили помочь. Или в этом мире такое больше не приветствуется?
Он на мгновение задумался, затем покачал головой.
— Нет-нет, почему же… Я бы поступил так же. Сделал бы всё, что в моих силах, — ответил он, и в его голосе наконец-то появилась лёгкая уверенность.
— Меня зовут Фрэнк, — сказал я, указывая на себя большим пальцем. Затем кивнул в сторону Гуля: — А этого страшного типа можешь звать просто Гуль. А ты кто?
Парень выпрямился, хотя его движения всё ещё оставались немного скованы. Он заговорил четко, как заправский солдат, разве что не встал по стойке «смирно»:
— Легат восьмого полка его величества Генриха третьего. Пилот БСК второго ранга Джон Коннор, — отчеканил он, гордо вскинув подбородок.
— Чего? Как ты сказал тебя зовут? — переспросил я, чувствуя, как внутри меня что-то щёлкает. В голове начали всплывать какие-то обрывки воспоминаний, смутные образы, которые пока не хотели обретать чёткую форму.
— Джон, — повторил он, но теперь в его голосе снова поубавилось уверенности. — Коннор. Джон Коннор.
Я замер на секунду, чувствуя, как губы начинают расползаться в ухмылке. Это было слишком. Просто невозможно. Вот так, прямо здесь, в этой жуткой пустоши, я встречаю человека с таким именем. Невольно вспомнилось всё, что связано с этим именем: фильмы, шутки, бесконечные отсылки. И да, я точно знал, что это будет смешно.
— Интересно. А твою мать наверняка Сара зовут? Так? — спросил я, едва сдерживая смех. Похоже, парень совершенно не понимал, что происходит.
— Да… А откуда ты знаешь? — удивление в его глазах стало почти комичным. Он явно не ожидал такого вопроса.
— Парень, ты только что сделал мой день, — выдавил я, чувствуя, как смех буквально рвётся наружу. Я не мог больше сдерживаться. Вспомнилось всё: Терминатор, судьба человечества, спасение мира. И вот передо мной стоит худощавый парень в синем комбинезоне, который явно не выглядит ни героем, ни лидером сопротивления.
— То есть как это? — Джон снова растерялся. Он явно не понимал, что тут смешного. Его лицо выражало полное недоумение.
— Видишь ли, — начал я, делая вид, что читаю умную лекцию, хотя внутри всё ещё бурлило веселье. — У меня тут произошло некоторое недоразумение с одним терминатором. И знаешь что? Ты именно тот, кто мне нужен.
Парень смотрел на меня непонимающим взором. Долго. Около минуты. Его лицо выражало полное недоумение, будто он пытался решить сложнейшую математическую задачу без калькулятора. А потом внезапно он рассмеялся. Звонко, протяжно, словно вспомнил что-то невероятно смешное. И этот смех оказался заразительным: я не выдержал и присоединился, а вслед за мной загоготал даже Гуль, который обычно держался своей фирменной серьёзности.
Наконец, отсмеявшись (и чуть отдышавшись), парень вытер слезы с глаз и произнёс:
— А… Я понял, о чём ты. Это старый фильм. Они хранились в нашем убежище. Мой дед очень любил его. А так как его фамилия была Коннор, он назвал свою дочь Сарой. А моя мама, в дань уважения к нему, назвала меня Джоном. Вы тоже видели этот фильм?