Шесть бойцов стояли в ангаре, прикрепленные страховочными ремнями к потолку. Вибрация двигателей отдавалась в их доспехах глухим гулом. Все они выглядели почти одинаково. Одна и та же броня БСК-1, но с отметками былых сражений, по которым можно было их различить. Единственный кто отличался от них это Джон Коннор. Его новенький костюм БСК-2 еще не бывал в сражениях и выглядел чистым. Гладкие полированные поверхности прямо сияли в тусклом свете ламп освещения. Само собой, окон в отсеке не было, и сюда не проникал свет снаружи. Все происходящее вокруг отображалось на мониторах, установленных по периметру отсека.
Справа от Джона находился его старый приятель Луис с двумя крестами на наплечнике, обозначавшими участие в особо опасных миссиях. Его доспех уже порядком поистрепался: царапины покрывали броню словно паутиной, а левое плечо украшала заплатка после попадания ракеты. В руках он держал старый, но надежный тяжелый пулемет М240, который ласково называл "Дорис".
Спереди переминался с ноги на ногу молодой Райли. Новичок отделения нервно проверял заряд в своей плазменной винтовке. На его практически новом доспехе красовалась лишь одна нашивка — символ базовой подготовки. Было совершенно не понятно, каким таким образом он вообще попал на эту миссию.
— Ну и как тебе новый костюмчик, золотой мальчик? — позади Джона подал голос Гаррисон, старожил отделения, чья броня была испещрена шрамами былых сражений. Его прозвище "Клык" появилось благодаря внушительным шрамам на лице, полученным в одной из стычек с мутантами.
— Как новая игрушка, — усмехнулся Джон, чувствуя себя немного неловко под завистливыми взглядами товарищей.
— Эй, не слушай этих завистников, — поддержал Джона Луис, — Пусть сначала выполнят нормативы лучше тебя.
— Да ладно вам, — вступил в разговор О'Доннел, чей шлем украшала характерная царапина от когтей какого-то крупного мутанта. Он стоял позади Джона, рядом с Гаррисоном. — У нас тут каждый второй готов свой доспех продать за пару лишних выходных на гражданке.
Время тянулось медленно, гравилет продолжал свой путь по пустыне. У бойцов уже порядком затекли ноги. Стоять без движения в одной позе было утомительно. Спасало только то, что можно полностью расслабиться, доспех сам будет держать твое тело вертикально и не упадет. На мониторах, показывающих пейзаж снаружи стало видно солнце. Он клонилось к горизонту. Их транспорт уже приближался к своей цели.
— Знаете, почему наши предки назвали эти машины 'странниками'? — вдруг нарушил тишину Луис, постукивая пальцами по своему шлему с герметичным фильтром. — Потому что они должны были унести нас подальше от зараженной Земли.
— Ой… Да ладно тебе, опять за старое, — поморщился Гаррисон, поправляя свою винтовку. — Мы все знаем эти сказки. Двести лет назад кто-то решил, что может поиграть в бога…
— А разве нет? — вмешался Джон, любуясь пейзажами снаружи на мониторах. — Мы же видели записи. Мутанты, чудовища… Мы сохранили человечество таким, каким оно должно быть.
— Опять этот бред про 'чистых', - фыркнул Райли. — Другие могут называть нас так, но я считаю это оскорблением. Мы просто нормальные люди, которые не хотят становиться монстрами.
— Заткнитесь все! — рявкнул О'Доннел. — Вы забываетесь. Каждый из вас прошел процедуру детоксикации. Каждый из вас добровольно отказался от мутаций. И сейчас наш общий долг — защитить наше общество.
Луис тихо фыркнул, но промолчал. Его пальцы по-прежнему нервно постукивали по шлему. Джон заметил это движение и вспомнил их старые разговоры. Луис всегда был немного циничен, но его верность делу никогда не ставилась под сомнение.
"Интересно, что он думает обо всем этом сейчас?" — подумал Джон.
— Так, хватит болтать, — подал голос капитан Райт. Его голос звучал спокойно, но в нем чувствовалась стальная решимость. — Я не для того вас взял, чтобы вы тут трепались как бабки на базаре. Приготовиться к высадке.
По стальным ботинкам доспеха прошла небольшая дрожь — это говорило о том, что гравилет заглушил двигатели и опустился на землю. Широкая дверь грузового отсека начала медленно подниматься вверх. В отсек ворвался знойный ветер раскаленной пустоши. Несмотря на то, что солнце уже скрылось за горами, пустыня была еще горяча, как раскаленная сковородка.