Гуль снова начал смеяться, на этот раз ещё громче.
— О, вот это поворот! — выдохнул он, вытирая слёзы от смеха. — Джон, ты теперь официально конь. Только в железной броне.
Я тоже не смог сдержать улыбку, глядя на их перепалку.
— Ладно, хватит издеваться над Джоном, — сказал я, хотя мой голос выдавал, что мне тоже весело. — Давайте уже двигаться. Мы не можем торчать здесь весь день.
— Конечно, конечно, — отмахнулась Шая, устраиваясь ещё удобнее. — Вперёд, мой благородный рыцарь! Веди нас к приключениям!
Джон тяжело вздохнул, но всё же сделал шаг вперёд. Его нога всё ещё немного подклинивала, но он старался не показывать, что ему тяжело.
— Только не урони меня, — добавила Шая, ухмыляясь.
— Не волнуйся, — пробормотал Джон, хотя его интонация говорила обратное.
Чирп, тем временем, побежал рядом, время от времени исчезая и появляясь снова. Шая всё ещё держалась на плече Джона, но уже не выглядела напуганной.
Убежище встретило нас полузакрытой дверью, как и рассказывала Шая. Её массивная стальная створка была изъедена ржавчиной, словно старик, покрытый старческими пятнами. Дверь застыла в полуоткрытом состоянии, будто её поймали в момент закрытия и бросили на произвол судьбы.
Зайдя внутрь, мы обнаружили разруху и запустение. Воздух здесь был тяжёлым, пропитанным запахом плесени, ржавчины и чего-то еще. Джон с трудом протиснулся вслед за нами — его броня скрежетала о края двери, вырывая новые куски ржавчины. Прожектор на его плече высветил на стенах следы битвы: глубокие царапины, будто кто-то пытался разорвать металл голыми руками; потёки давно засохшей крови, которые сползали по стенам причудливыми узорами; обломки мебели и оборудования, разбросанные повсюду.
Шая сунула мне в руку маленький наушник. Устройство было лёгким, но его металлическая поверхность всё ещё хранила тепло её пальцев.
— Вот, засунь себе, — сказала она, её голос звучал напряжённо, словно она боялась, что мы можем передумать. Её глаз-имплант мерцал, отражая тусклый свет прожектора, установленного на плече Джона. — Так мы будем на связи.
— Зачем это? — удивился я, крутя устройство в руке. Оно выглядело слишком хрупким для этого мира, но в то же время имело какую-то странную надёжность в своей простоте.
— Затем, что я пойду одна, через вентиляцию, как в прошлый раз, — ответила Шая. Она скрестила руки на груди, словно защищаясь от возможных возражений.
— Что ты задумала? — снова спросил я, поднимая бровь. Моё недоверие было очевидным. Идея отправить кого-то одного казалась слишком опасной.
— Это будет план Б. Я проберусь туда по-тихому. Если вы не сможете его убить, то хотя бы отвлеките его внимание на себя, — начала объяснять Шая. Её голос стал увереннее, словно она сама пыталась убедить не только нас, но и себя. — Пока вы создадите отвлекающий манёвр, я смогу найти водяной чип и выбраться, прежде чем он меня найдет.
— И что, если твой план провалится? — вмешался Гуль, который до этого молча наблюдал за разговором, поправляя свою шляпу. — Ты же знаешь, что этот монстр не даст тебе второй шанс.
Шая замерла на мгновение, её глаз-имплант снова загорелся ярче, словно она обдумывала ответ.
— Будем надеется, что все сработает, — произнесла она наконец.
Я вздохнул, чувствуя, как напряжение нарастает.
— Ладно, действуй, — сказал я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё сжалось от тревоги. — Но будь осторожна. И будь на связи.
Шая коротко кивнула, её металлическая рука блеснула в свете прожектора.
— Не волнуйтесь. Я справлюсь, — сказала она, но в её голосе всё ещё чувствовалась лёгкая неуверенность.
Она повернулась и направилась к ближайшему вентиляционному люку. Я смотрел ей вслед, чувствуя, как нарастает беспокойство.
— Надеюсь, она знает, что делает, — пробормотал Гуль, поднимая винтовку.
— Да уж, — ответил я, засовывая наушник в ухо. — Если нет, то нам придётся вытаскивать её из очередной передряги.
Шая осталась позади, она ковырялась с решеткой вентиляции пытаясь ее снять. Мы отправились вперед. Шли тихо, стараясь не шуметь, но нога Джона продолжала издавать этот противный металлический скрип при каждом движении. С каждым шагом я чувствовал, как напряжение нарастает, словно невидимые нити натягивались всё сильнее.
— Я внутри, двигаюсь вниз, — в наушнике прозвучал короткий доклад Шаи, когда мы подошли к лестничному пролету.
Спустившись на уровень ниже, мы обнаружили ещё более странную картину. Здесь не было следов борьбы, как наверху. Но на стенах всё так же попадались кровавые потёки, причём эти были свежее. Красно-бурые капли блестели в свете прожектора, словно только что появились.