— Так, а ты можешь включить электричество? — снова спросил я. Мы все втроём замерли перед спуском вниз, словно опасались, что любое движение может привлечь внимание монстра.
Шая помолчала несколько секунд, видимо, прикидывая свои шансы.
— Теоретически это возможно, — наконец ответила она. Её голос звучал скептически, будто она сама не верила в то, что говорит. — Если тут всё не сгнило к чертям.
— Хорошо. Попробуй вылезти там. Запусти энергию и вруби какую-нибудь систему оповещения. Тут по-любому такое есть. Нам нужен постоянный шумовой фон, чтобы тварь ослепла и оглохла, — сказал я, стараясь звучать уверенно, хотя внутри всё переворачивалось от неопределённости.
— Звучит как план, — отозвалась Шая. Её голос стал чуть более решительным, словно она уже представляла, как будет действовать. — Ладно, сейчас попробую.
Я повернулся к остальным. Гуль и Джон стояли рядом, их лица выражали смесь беспокойства и сосредоточенности.
— Что дальше? — спросил Гуль, поправляя свою шляпу.
— Дальше? Ждём Шаю. Если она сможет запустить электричество, у нас появится преимущество. Монстр слеп и ориентируется по звуку. Если мы создадим постоянный шум, он потеряет способность нас находить, — объяснил я, стараясь говорить спокойно.
— Значит, нужно быть готовыми. Как только она включит систему, мы начнём двигаться, — кивнул Джон, осматривая свой пулемет.
— Опять ждать. Когда-нибудь это станет нашей главной стратегией: просто стоять и надеяться, что всё само решится, — комментарий Гуля не заставил себя долго ждать.
— Пока работает, — парировал я, хотя сам понимал, что наши шансы зависят от того, насколько удачно Шая справится со своей задачей.
Мы замерли, прислушиваясь к каждому звуку. Из вентиляции доносились едва слышные шорохи — Шая явно пыталась передвигаться как можно тише. Время тянулось медленно, каждая секунда казалась вечностью.
Спустя несколько минут, откуда-то снизу появился монотонный гул. Он нарастал медленно, словно старые механизмы нехотя пробуждались от долгой спячки. Затем на потолке начали загораться световые панели — одна за другой, будто кто-то зажигал свечи в огромном подземелье. Убежище наполнилось тусклым, мигающим светом, который бросал странные тени на стены.
— Фрэнк, тут всё держится на честном слове. Я не знаю, сколько это проработает, — с досадой в голосе передала Шая. Её голос звучал напряжённо, будто она уже представляла, как всё разваливается на части. — Нужно действовать быстро.
— Мы готовы, врубай уже, — нервно ответил я, чувствуя, как мой палец инстинктивно сжимается на спусковом крючке дробовика.
Через минуту из динамиков, развешанных везде под потолком, раздался противный высокочастотный скрежет. Система пожарной тревоги включилась с оглушительным воем, от которого заложило уши. Этот звук был невыносимым даже для нас, что уж говорить о существе, которое полагалось на свой слух больше, чем на любой другой орган чувств.
— Двинули, — сказал я, делая жест рукой и указывая вперёд.
Системы оповещения гудели, заполняя коридоры убежища оглушительным воем. Мы шли к логову монстра, с трудом стараясь не замечать этот бесконечный скрежет. Я обернулся к Джону, чтобы озвучить план:
— Джон, ты в своём доспехе достаточно силён. Твоя задача — завалить тварь на пол и удерживать весом своего доспеха. Будем надеяться, что он не сможет поднять полтонны разом, — сказал я, стараясь перекричать звук сирены.
— А если сможет? — Джон всё так же был не уверен, как, впрочем, и всегда. Его голос звучал глухо из-за шлема, но в нём явно читалась тревога.
— Измотай его. Вон, смотри какая труба, выглядит тяжёлой, — ответил я, указывая на кусок ржавой чугунной трубы, торчащий из стены.
Джон подошёл к стене и одним рывком оторвал кусок трубы. Она выглядела ржавой, но всё ещё достаточно прочной и увесистой.
— А ты что будешь делать? — спросил он, взвешивая трубу в руках, словно проверяя её удобство.
— Как только ты его повалишь, я воткну нож ему в затылок. Если Гуль прав, то это его убьёт, — пояснил я, пытаясь говорить уверенно, хотя внутри всё сжималось от осознания риска.
— Слишком много «если», — скептически фыркнул Джон, качая головой.
Гуль, который до этого молча наблюдал за нашим разговором, не выдержал и вставил своё слово:
— О, да ладно вам! — произнёс он с ехидной ухмылкой, поправляя шляпу. — Вы обсуждаете план, как будто это какой-то театральный спектакль. Джон, ты просто бросишь эту железяку на тварь, а Фрэнк воткнёт свой ножик куда надо. Всё просто! Если что-то пойдёт не так, мы всегда можем придумать второй план… или третий… или четвёртый. Главное — выжить первые пять минут.