Позвав Глорию, я открыла окно и сев на метлу, вылетела на улицу. На всякий случай окно закрыла, как велела рыжая. Осмотрелась. Потрясающая тишина! Всегда любила ночной город, а теперь – особенно!
Взвилась высоко в небо подобно вихрю. Оказалась выше облаков, а надо мной бесчисленные звёзды. И яркая одинокая луна! Мне сразу стало легче: тошнота прошла, голова перестала болеть и вновь появилось чувство восторга! Как же здесь здорово! Вот бы остаться здесь навсегда! Я даже согласна стать одной из этих звёздочек. Задрав голову, ещё раз взглянула на тёмный небосвод со сверкающими многочисленными точками. Пожалуй нет, не хочу. Всю жизнь торчать на одном месте и когда-нибудь погаснуть – это не для меня.
В эту ночь я вдоволь налеталась, пока не обнаружила, что небо светлеет. Задав Глории направление:
– Домой! – поспешила вернуться.
Миновав мутную толщу облаков, обратила внимание на что-то яркое внизу. Заинтересовавшись, повисла в воздухе.
”Это костёр!” – догадалась я. Сразу вспомнила Вальпургиеву ночь и обрадовавшись, ринулась к нему.
Чем ближе я приближалась, тем сильнее вопила интуиция:
“Назад!”
Как-то сразу показалось подозрительным, что возле большого костра посреди поля никого нет. И сам костёр какой-то странный... это голограмма! Развернувшись, я полетела было прочь, но столкнувшись с невидимой стеной, свалилась на землю. Что за чёрт?
***
Когда поднялась, обнаружила множество людей в тёмных балахонах, окруживших меня кольцом. Откуда они взялись? Из-под земли что ль выросли? Человек двенадцать и все мужчины. Кто-то ехидно улыбался, кто-то был серьёзен, а у кого-то в глазах читался страх. Это и есть инквизиторы? Вот же меня угораздило!
– Поздравляю, братья! Сегодня у нас хороший улов! – воскликнул один из них и при этом смотрел прямо на меня.
Он меня видит? Взглянула себе на руку и убедилась, что невидимый знак активен. Странно. Очень странно. Как-то сразу стало стыдно за свою наготу и я ощутила прилив крови к лицу. Ещё раз оглядевшись, немного растерялась: столько враждебно настроенных мужчин и я одна – женщина, к тому же, совершенно голая. Даже в страшном сне такого не видела.
– Наручники! – скомандовал тот же самый человек рядом стоящему мужчине помоложе. – Только не смотри ей долго в глаза, ведьмы владеют гипнозом.
Вот чего не умею, того не умею, а физически дать отпор могу. Не зря в приёмной семье воспитывалась с большим количеством старших братьев. Хоть что-то полезное из трудного детства вынесла. Хорошо, что парни воспринимали меня не как сестру, а как младшего брата, вот и научили стоять за себя.
Молодой мужчина приблизился, но остался на безопасном расстоянии, как будто знал, что могу физически ударить. Трясущимися руками, протянул ко мне наручники и промямлил:
– Дайте руки, пожалуйста.
Надо же, какой вежливый. Неожиданно. Я даже духом воспряла. И ещё, меня поразила одна странность в этом молодом человеке: гетерохромия – разного цвета глаза. Я слышала о таком, но никогда не видела воочию, только на фото на просторах интернета.
– А если не дам? – склонив голову чуть набок и прищурившись, спросила я.
– Да что ты с ней церемонишься? – опять возник тот же мужчина и что-то плеснул на меня.
Я инстинктивно прикрыла лицо руками, затем, поняв, что ничего плохого не произошло, немного расслабилась. Понюхав странную жидкость на своём предплечье, поинтересовалась:
– Что это за гадость?
Мужчины стали шептаться. На их лицах читалось недоумение. Кто-то спросил:
– Она точно ведьма?
Ко мне поднесли какой-то светящийся красным цветом амулет на цепочке, при этом он ещё и раскачивался, как маятник.
– Точно, – пояснил тот, кто держал его.
– Тогда почему отвар на неё не действует?
– Не знаю, может, особенная.
– Ничего не особенная, просто не полностью обратилась, – проговорил первый, после чего сказал лично мне: – Радуйся, у тебя есть шанс на спасение. Если, конечно, сдашь сестёр.
– Каких ещё сестёр? Нет у меня никого. Одна я на целом свете круглая сирота, – жалобным голосом вымолвила я и попыталась выдавить слезу. Но не получилось. Эх, не выйдет из меня великой актрисы.
Мужчина ехидно улыбнулся, забрал у паренька наручники и, приблизившись ко мне, приказал:
– Руки давай.
Хм, смелый значит. Неужели и правда не боится? Погоди-ка! И у него такие же глаза! Один карий, другой зелёный. Они что? Родственники? Да какая разница! Надо бежать! Что бы с ним такое сотворить?
– Даже не думай, – проговорил он, поняв мои намерения. Неужели мысли читает? Или у меня всё на лице написано? Эх, точно не буду актрисой. – На мне защита! – продолжил он. – Тоя магия бессильна и из этого круга тебе не выйти самостоятельно.